Книга Рассказы 42. Цвета невидимки, страница 27 – Александра Разживина, Даниил Коряк, Дарья Жук, и др.

– Зачем вам инструменты? Вы же молот в руках не держали! – Пермоник тянул время.

– А тебя трогать это не должно. – Штречка пнул его в живот. – Где кацка, ну?

В лесу за пределом освещенного круга хрустнула ветка.

– Кто тут? – вскочил Поткан.

– Сходи посмотри, коль охота, – сплюнул в костер Фретко.

Белый, неразборчиво ворча, ушел. Время тянулось, как сотовый мед, так же увесисто и вязко. Лупежники выбрасывали вещи с телеги, переругиваясь.

Ринко морщился, глядя на рассыпанный скарб, и пытался распутать узлы на руках. Лес растопырил тощие древесные пальцы, пытаясь поймать в горсть мельтешащие огоньки. Неслышная тень скользнула холодом по лицу, возле глаз, и у виска звякнул нож.

– Они меня не нашли, – шепнула Хада, обдавая щеку медовым дыханием. – Разрежь веревки, я заведу подальше, к огнеблудицам.

Тонкий силуэт растаял на синеве неба.

– Эй, Штречка! – закрутил головой черный, насторожившись. – Пойди проверь, где носит Поткана!

– Тебе надо, ты и проверяй! Я в пестушки не нанимался! – оскалился рыжий.

Ринко радовался перепалке: в шуме он успел перерезать веревки и выбирал момент.

Фретко коротко замахнулся, целясь в лицо подельника, но тот увернулся, перехватил руку, дернул вниз, почти аккуратно укладывая рядом с пленником. Ринко, сжавшись, изо всех сил толкнул Фретко ногами в живот, а рыжего – в висок. Руки кололо иглами, ноги онемели, но он скрутил врагов.

– Кто вас послал?

– Никто! – Черный дергался, как в пляске. – Мы сами пошли!

– Как узнали про кольцо? –Ринко поудобнее уселся сверху, придавив всем весом.

– Никак! – огрызнулся Штречка. – Кольцо, гривна, подвес – все давай!

– Почему не убили сразу?

Фретко чуть повел глазами:

– Охолони, братка! Пошутили, и будет!

– Не брат ты мне, гнусь черномазая! – Ринко брезгливо отряхнул руки. – Убивать вас не стану, мараться не хочу. Нож возле костра оставлю, выпутаетесь или дружок придет на свет, если его огнеблудицы не защекочут. А корцмарке скажете, чтоб больше не дурила, сказочке – конец, слово в слово передайте. Поняли?

Лупежники кивнули нехотя. Пока Ринко собирался и запрягал коня, они лежали тихо, а как только отъехал, черный заорал:

– Поткан! Где тебя носит?

Пермоник хлопнул чалого по крупу, чтоб тот пошевеливался. Далекие огоньки, привлеченные криком, стягивались к остывающему кострищу.

* * *

Острые иглы звезд дрожали от предрассветного холода, небо налилось голубиной синевой, когда из темноты выступила Хада, забралась в телегу, оделась и молча села. Ринко выпустил поводья и обнял ее, согревая своим теплом.

– Что ты там говорила про три желания? – Он набрался смелости.

– Решился? – Хада посильнее прижалась к теплому боку. – И чего ты хочешь?

– Я хочу, чтоб ты меня поцеловала, – выпалил он.

– А если укушу? Не боишься? – Она почти коснулась лбом его лба.

– Я все равно в первый раз целуюсь. – Ринко легко погладил ее по щеке. – Разницы не замечу.

– Я тоже.

Хада закрыла глаза и неловко, на ощупь, ткнулась куда-то в подбородок. Он осторожно провел пальцам по ее губам, прижался, пробуя медовую мягкость на вкус.

Золотой жерделькой румянилось восходящее солнце, проливая щедро на землю лучи жизненосной палинки. Дорога, петляя и подпрыгивая, упиралась прямо в блокитный небосклон.