Книга «Морская ведьма», страница 190 – Алистер Маклин

– А железнодорожные переезды? – Я постарался не выдать беспокойства. – По пути до Липскома их три, и если они закрыты…

– Нет. – Он покачал головой. – Место слишком открытое. Риордан осторожен и рисковать, попытавшись сесть в остановившуюся машину, не станет.

– Но если все же попытается?

– Тогда ему крышка. На каждом переезде в северном Девоне размещен взвод солдат с автоматическим оружием. Вы их не увидите. Но они там есть.

Полицейский, конечно, был прав. И на первом переезде, к которому я подъехал, охрана, конечно, находилась где-то в засаде, но мне, пока я сидел в темноте под утихающим дождем и с выключенным двигателем, прислушиваясь в ожидании товарного поезда, от того, что я знал о взводе солдат, легче не стало. Я ерзал на сиденье и подтягивал повыше шарф, помня, как умер надзиратель – его задушили гарротой. И сделал это Риордан. Многие называли его диким зверем, лишенным всякой жалости, страха и всего человеческого.

Поезд катился через переезд целую вечность, но в конце концов проехал, шлагбаум подняли, и я сразу же сорвался с места, дав полный газ. Я держался середины дороги, время от времени сдавая влево или вправо, когда на фоне дождя, косыми струями рассекающего свет фар, смутно вырисовывалась неясная фигура или тень. Мне было страшно. Более чем.

Второй железнодорожный переезд был открыт, и теперь извилистая дорога шла между холмами – пять миль от переезда до Харфорда, станции, обслуживающей Липском.

Дорога была абсолютно пустая. После Тарнфорда я не встретил ни велосипедиста, ни машины, ни пешехода.

Искать причину не приходилось. Передачи западного регионального радио в течение всего дня прерывалась из-за постоянных предупреждений, так что все сидели по домам. Страх охватил округу. Даже дома выглядели испуганными – двери закрыты и, несомненно, заперты, окна плотно занавешены.

Я увидел его ближе к вершине длинного подъема, за которой начинался спуск к Харфорду, – сначала неясное, едва двигающееся пятно у края дороги, пятно, трансформировавшееся затем, когда я приблизился, в фигуру человека, медленно, с трудом ползущего по обочине. Именно ползущего, осознал я с ужасом. Он спускался по склону навстречу мне, опустив голову, и его покачивало из стороны в сторону. Я был уже близко и, вцепившись в руль, с каким-то болезненным интересом смотрел на него, когда он шлепнулся на траву и замер, вытянув одну руку к дороге, лицом к ночному небу.

Гнев пересилил страх. Я не сомневался, что Риордан и Селлерс были здесь и оставили свой след. Я резко затормозил, выскочил из «лендровера» почти на ходу и склонился над несчастным.

– Добрый самаритянин, – раздался насмешливый голос у меня за спиной. – Встань, простофиля, и стой смирно.

Я встал и замер на месте. Из ниоткуда появился и теперь стоял в свете фар высокий худой мужчина с пистолетом в руке. Я посмотрел на своем веку немало фильмов и уже понял, что штуковина в виде цилиндра на стволе пистолета есть не что иное, как глушитель. Человек, который только что полз по обочине дороги, проворно вскочил у меня за спиной.

– Риордан и Селлерс, – бесстрастно сказал я. Страха не было, но я знал, что он придет позже.

– Они самые, недотепа, – согласился высокий. – Я – Риордан, а он – Селлерс. Садись за руль, и покатили. У тебя два пассажира на заднем.