Книга «Морская ведьма», страница 195 – Алистер Маклин

Как писательство влияет на меня самого, я, конечно, знаю хорошо, но и здесь может быть место для ошибочной самооценки. Основные преимущества писательской работы в том, что она в известной степени дает независимость и свободу, но эту свободу ни в коем случае нельзя истолковывать как безответственность.

Мне не нужно начинать работу в девять утра, и я этого не делаю: мой обычный рабочий день начинается между шестью и семью утра. Но, с другой стороны, хотя я часто работаю по семь дней в неделю, я не работаю пятьдесят две недели в году. Когда никто не указывает тебе, что делать, – это замечательно. Но нельзя быть полностью независимым. У меня есть ответственность перед моими издателями.

Издательства вовсе не являются, как иногда утверждают, прибежищами для жуликов, воров и преступников, действующих в интеллектуальной сфере, чье существование зависит от их умения наживаться на способностях и талантах тех немногих, кто, получая жалкие гроши, способен делать то, на что совершенно не способны издатели: выстраивать цепочки из слов таким образом, чтобы они имели какой-то смысл. Некоторыми издательствами руководят люди, в которых можно распознать человеческое существо. Мое в их числе.

Я также чувствую ответственность, хотя и небольшую, перед редакторами. Редактор, по определению «Нового словаря английского языка» Коллинза, – это тот, кто проверяет текст, сокращает, изменяет и опускает из него что-то при подготовке к публикации. Я чувствую себя достаточно компетентным, чтобы делать это все самому до того, как рукопись попадет в редакцию. Но все же они могут помочь – одним больше, другим меньше.

Я не чувствую никакой ответственности перед книжными критиками. Первая критическая заметка, которую я прочитал, касалась моей дебютной книги «Крейсер „Улисс“». Ныне не существующая шотландская газета отвела ей целых две страницы и поместила изображение суперобложки, охваченной пламенем. Заголовок гласил: «Сожги эту книгу». В ней я сделал Королевскому военно-морскому флоту величайший комплимент, на который только был способен, и автор заметки, этот болван, счел ее клеветнической.

То был первый так называемый литературный обзор, который я когда-либо читал, и он же стал последним.

Боюсь, что я ставлю рецензентов художественной литературы в один ряд с экспертами, руководящими так называемыми писательскими школами. Невозможно не восхищаться той смелостью, с которой они, без тени смущения, дают советы, читают лекции, поучают и критикуют то, на что сами совершенно не способны.

Я в величайшем долгу перед теми, кто покупает мои книги и дает мне возможность вести тот образ жизни, который я веду. Получая совершенно оправданное удовлетворение от указания на мои частые фактические ошибки, они никогда не говорят мне, как нужно писать. За что им признателен.

Одним из преимуществ свободы является возможность путешествовать. Я путешествую не для расширения кругозора или в исследовательских целях. Да, я бывал в Арктике, Эгейском море, Индонезии, на Аляске, в Калифорнии, Югославии, Голландии, Бразилии и множество других мест и писал о них, но, с другой стороны, я также бывал в Мексике и Китае, Перу и Кашмире, но очень сильно сомневаюсь, что когда-нибудь напишу про эти поездки.

Что касается будущей работы, то я действительно не знаю. Время от времени мистер Чепмен высказывает – как мне кажется, с легкой грустью – предположение, что когда-нибудь я, возможно, соберусь и напишу хорошую книгу. Что ж, ничего невозможного нет, и я – несомненно, к отчаянию всех тех книжных обозревателей, которых я никогда не читаю, – пока еще не хотел бы уйти в отставку.