Онлайн книга «Искатель, 2006 № 11»
|
— Мотин, — сказал Гоша, и голос его был грустен, — черт полосатый, я думал, ты какую-нибудь хрень изобретаешь, а ты что, правда в мусоре копаешься? Мотину стало стыдно: не успел убрать железо с глаз долой… А Гоша, присев на корточки, уже брезгливо вертел в пальцах чуть тронутую ржавчиной звездочку с впаянными в центр ленточками микросхем. — Что это за барахло? — Не знаю, — честно сказал Мотин. — Я это только сегодня нашел. А вот это — знаю. Он взял один из предметов — тонкую черную пластину размером с ладонь. Гоша взял такую же. Пластина оказалась тяжелее, чем он думал, — наверное, какой-нибудь сплав со свинцом. Присмотревшись, Гоша различил возле одного из углов короткую строчку мелких значков: несколько цифр и буковки, похожие на иероглифы. Ну, правильно, китайский ширпотреб какой-то. — Ну и что с этим делать? — Можно вместо стелек в зимние ботинки вкладывать, можно вместо электроплитки использовать, — начал перечислять Мотин, но осекся, увидев глаза Гоши. — Гоша, это вроде аккумулятора. Управляется голосом. Правда. Вот, смотри: двадцать градусов. Пластина в ладони Гоши вдруг дохнула легким теплом — так неожиданно, что тот разжал пальцы. — Вот, — сказал Мотин, — может, еще как-то, но можно и голосом. Моя тоже нагрелась. Хочешь пощупать? — Пошел ты к черту, Мотин, — сказал Гоша, тараща глаза на пластину. Потом потрогал пальцем. — Теплая… Тридцать! — велел он и снова ткнул черный бок. — Елки-палки, горячей стала! Пятьдесят! Мотин, черт полосатый, что за фокусы? — Ты только не увлекайся, пожалуйста, а то дачу спалишь, — предупредил Мотин. — Они, если с десяток собрать, атомную электростанцию заменят. — А… как ты их сделал? — Нашел, — честно сказал Мотин. Врать он не любил и не умел, и за это всегда получал «по мозгам». Получил и сейчас. Гоша встал на четвереньки и принялся благим матом орать на Мотина. Кричал он минут пять, правда, если отжать эмоции и безыскусные американские ругательства, смысл всего этого ора сводился к одному вопросу: где? — В будущем, — снова честно сказал Мотин. — Я вначале налегке мотался и редко, — быстро заговорил он, чтобы Гоша опять не принялся орать, — потому что мои аккумуляторы были на всю кабину, места оставалось только вот так, — он свел ладони вместе, — и то под самым потолком, калачиком. А потом нашел эти штуки, разобрался. Теперь даже вдвоем или втроем можно, и часто. Хочешь? Гоша все это время хотел поорать, его просто распирало от крика, но, услышав последнее слово, он засипел и сдулся, как шарик. Потрогал теплую пластину и сказал: — Хочу. 3. С настройкой Мотин не мудрствовал, выбрал обычную, на какой сам ходил. Машина проявилась в том же полдне безвестного дня безвестного года через семь тысяч лет от Рождества Христова. Только через час после того, как здесь побывал, — может, фантасты и врут про парадоксы путешествий во времени, но Мотин на всякий случай не стремился встретиться с самим собой. Мало ли что. — Чего это у тебя трясет, как в рыдване? — ошалело спросил Гоша, который даже в такой ситуации оставался технарем. — Ты гироскоп пробовал ставить? — Пробовал, там какая-то другая беда, — сказал Мотин и отщелкнул шпингалет на дверце. — Вот, смотри, прилетели. Гоша посмотрел. — Черт ты полосатый… — наконец с выражением сказал он. — А там что? |