Книга Клянусь, я твой, страница 57 – Полина Эндри

— У тебя помада.

Кейн даже теряется на мгновение.

— Где?

— Вот здесь. И вот здесь.

— Да? — он нервно трёт щеку в указанных местах. — О черт, я не подумал, что…

— И ещё на губах.

Кейн на автомате вытирает свои губы и смотрит на свою ладонь озадаченно. На мои глаза наворачиваются слёзы.

— Кейн, можно на минуточку?

Он поднимает голову. Я даю ему пощечину. Сильную, хлесткую, размашистую. Я кусаю губу и смотрю на него, видя, как в его глазах загорается осознание. Но я уже выхожу.

— Черт, Ким, постой. Ты всё не так поняла! Да постой же ты!

Только я его уже не слышу.

— Ким, постой! Да постой же ты!

Я едва успеваю схватиться за ручку двери, когда Ким разгневанно врывается в дом. Я хватаю ее за руку, разворачиваю к себе и оказываюсь прямо перед ней.

— Почему ты не хочешь просто выслушать меня? — спрашиваю я, искренне не понимая. — Почему… ты сразу делаешь выводы, не услышав, что тебе скажуя?

Ким встревоженно кусает губу, на ее глаза наливаются слёзы. Видно, что она едва сдерживается, чтобы не расплакаться.

— Все итак очевидно, разве нет? Час назад ты жизнью клялся, что любишь меня, а потом пошел обжиматься с другой!

— Ким, ты все неправильно поняла. Это она ко мне полезла…

— Я так поняла, ты был очень даже не против!

— Сначала она просто поцеловала меня в щеку, и я не хотел ее обидеть…

Она ошарашенно смотрит на меня:

— О-о, так ты ещё и сам дал ей зелёный свет! Класс! Так может тебе стоит вернуться и продолжить ваше общение? А то вдруг она не так всё поймет и ещё не дай Бог подумает, что мы с тобой встречаемся! А ты ведь ей даже цветы подарил!

Я смотрю, как прозрачные слёзы медленно наполняют ее глаза, едва удерживаясь, чтобы не упасть, и молчу, потому что слова застряли где-то в горле. И я хочу. Так сильно хочу обнять её, впиться в эти мягкие, почти до крови искусанные губы и выбить эти сумасшедшие мысли из ее головы. Но я смотрю на ее болезненно изогнутую улыбку и могу думать только об одном. А ведь Ким всерьез думает, что я могу так сделать. Она верит в это. Или же точнее: не доверяет мне.

— Это потому что я накричал на нее и меня загрызла совесть, — глухо отвечаю я, мой голос натянуто-настороженный. — А она видимо всё не так поняла. Ким, ну правда, я не умею извиняться иначе.

Некоторое время Кимберли осмысливает мои слова. Она смотрит на меня в нерешительности, кусая щеку, и я отчётливо ощущаю исходящее от нее сомнение. Я вижу: она колеблется.

— Что ты делал с ней там так долго? — наконец спрашивает она чуть примирительным голосом. — Объяснял, что вовсе не заинтересован в ней языком тела?..

Я раздосадованно качаю головой:

— Ким, ну что ещё за глупости… Да и пробыл я там совсем недолго, от силы минут десять.

— Да за десять минут мало ли что можно успеть!.. А ведь когда-то мама мне говорила, что власть и деньги испортят тебя… А я ей не поверила!

Ким отчаянновыкрикивает последние слова, она резко выдыхает и замолкает. Я вижу, что она выговорилась. Ей полегчало и теперь слёзы в ее глазах постепенно оседают, скапливаясь внизу погасшей трухой эмоций. Я стою, просто глядя на нее и чувствую, как на лицо помимо воли пробивается нежная улыбка:

— Ким, ты такая глупая.

— Спасибо, — буркает она.

— Ты забавная.

— О-о, глупая, забавная, ещё что?

— Я просто хочу сказать, что ты нелепая.

Ким взвыла от нетерпения, я же качаю головой и осторожно беру ее за ладонь, мягко глядя ей в глаза: