Книга Жестокий спор, страница 43 – Мария Владимирова

Спрашивать, кто родители, было уже не удобно. Сам бы рассказал наверное, если б захотел. К тому же едем в один посёлок.

Вечер пятницы провожу в домашних хлопотах: помогаю Наташе готовиться к празднику, играю с мелким. Он соскучился больше остальных, не отпускает, хвастается оценками, очередным выпавшим зубом.

— Настя, приглашай на завтра своих девчонок к нам! — советует Наташа, — Разрываться же будешь. С ними побыть захочешь и дома торжество.

Идея хорошая, заходит и мне, и подругам она заходит, в субботу Юля с Никой объявляются за несколько часов до назначенного времени, помогают накрывать стол.

Шумно, весело, но девчонки все равно уговаривают меня идти на дискотеку.

— Подруги правы, — подхватывает их Наташа, — У нас компания взрослая слишком, иди, повеселись. Отдохни, Настя.

А там Абрамов… А я видеть его не хочу.

А здесь девчонки и мы соскучились! Плюс тяжёлая артиллерия в Наташином лице, и хочется, и колется.

Решаюсь! В конце концов- не всю же жизнь мне прятаться, надо двигаться дальше, перешагнуть и идти.

За моей спиной давно никто не шепчется, и не косится в мою сторону. Все подзабыли ту позорную историю.

По дороге забегаем в наш местный "Бар- Каламбур", покупаем себе по баночке алкогольного коктейля, распиваем здесь же, за столиком.

Вообще бар- это громко сказано, просто несколько столиков в пристройке у магазина. Сделаны для того, чтобы молодёжь перед дискотекой не по углам пряталась, а в чистом и теплом месте могла провести время.

Подходим уже к столиками, когда на улице раздаётся звук автомобильного клаксона, свист и мужские выкрики, когда я поворачивать в сторону шума, мои подруги стоят разинув рты. А через минуту в магазин вваливается толпа парней в сланцах на босу ногу и полотенцах, замотанных на бёдрах. Все, больше на них нет ни какой одежды!

— Ба, какие люди! Настюха! — кричит Сереня Брусов, — Тебе же вроде вход в увеселительные и злачные места заказан!

— Кем? — все еще пребывая в шоке от увиденного, спрашиваю.

— Ну как? — кивает в сторону, где ничего не подозревающий Артем, принимает очередные поздравления.

Дергаюсь, как от удара током, машинально отступаю назад. Бежать некуда, прятаться тоже, секунда другая и он заметит меня.

— Я в опекунах не нуждаюсь! Сама решаю с кем и куда ходить! — пытаюсь сохранить последние капли самообладания, но по Серёне заметно, как слабо у меня это получается.

— Я не понял! — раздается резкий Абрамовский рык, — Ты че здесь забыла, а, Клоп?

Замираю, слушая, как сердце долбится в груди.

— По подругам соскучилась! — отвечаю на его вызов как можно равнодушнее, Артем двигается прямо на меня, я отступаю, пока спиной не упираюсь в стену. Все тупик, бежать некуда, сжимаюсь от ужаса.

— Я же говорил, что твою мордаху видеть не хочу здесь! — яростно рявкает мне в лицо, — Че, днюху испортить мне решила, да?

— Была бы честь, Артемий, — ухмыляюсь трясущимися руками подношу баночку с коктейлем к губам и делаю глоток, — Ты слишком много о себе возомнил, если думаешь, что я помню, когда твоя днюшка!

Не разрываю с ним зрительного контакта, прячу глубоко внутри страх, отвечая на его вызов. Пусть думает, что не боюсь.

— Да ладно, память короткая такая? — прижимаясь ко мне всем телом, произносит прямо в ухо, забирая баночку и в два глотка осушает, — Предупреждал же, чтобы на глаза больше не показывалась, видеть тебя не могу!