Книга Кто впустил зло в сердце свое…, страница 57 – Элла Яковец

— Это ответ «я подумаю», — сказала я и потрепала его по щеке. — Еще одно преимущество в том, чтобы быть темным. Можно делать то, что других выбешивает.

— А когда… — почти прошептал Лагеза.

— Когда я дам ответ? — хмыкнула я. — Не знаю. Может быть, перед самым балом.

Огненно-оранжевая от похоти аура подернулась пеплом обиды.

— Тогда я… — он оглянулся.

— Можешь идти, да, — сказала я. — Я найду тебя утром. Ты мне понадобишься.

И Джезе Лагеза просочился мимо нас боком. И его ботинки загрохотали вниз по лестнице.

— Я правильно понял, что он бросил тебя в том притоне и никому об этом не сказал? — уточнил Ван Дорн, проводив моего студента недобрым взглядом.

— Да, — усмехнулась я.

— Настоящий подонок, — резюмировал Ван Дорн. Без каких-то эмоций или чего-то подобного.

— Он почти готовый темный, ага, — сказала я. — Мне пришлось сейчас притормозить его инициацию, а то мы оба рисковали попасть под спонтанный выплеск темной магии. А это такое себе удовольствие…

— А что произойдет, когда… — Ван Дорн изобразил руками эдакое «бумм!» Видимо, имея в виду, как выглядит контролируемая инициация.

— Ты не хочешь знать, — засмеялась я. Тут мои силы и выдержка снова показали дно, я покачнулась, когда попыталась резко повернуться. И Ван Дорну пришлось обхватить меня за талию, чтобы я не упала. От его рук по телу пробежала волна приятной дрожи.

Сквозь тонкую ткань рубашки моментально проступили отвердевшие соски. Жгучая боль, оставленная щупальцами кракена отступила на второй план.

И как будто все само собой начало происходить. Как танец…

Одной рукой Ван Дорн прижимал меня к себе. А вторая плавно скользнула вдоль ягодицы. Оказалась на бедре чуть ниже подола юбки. И заскользила обратно вверхпо голой коже.

— Тебе нужна медицинская помощь, — полувопрос-полуутверждение.

— У меня есть другая идея, — выдохнула я, касаясь его губ.

С его поцелуем меня захлестнуло сладкой волной, сметающей все другое-прочее.

Где-то на краю сознания я хихикнула над тем, что буквально только что я иронизировала над тем, что молодые парни думают членом.

И вот я уже сама не способна думать ни о чем другом, кроме как представлять, как Ван Дорн сейчас одним рывком посадит меня на подоконник.

И окажется между моих широко раздвинутых колен…

Ладонь Ван Дорна сжала мою ягодицу и скользнула между бедер. Пальцы уверенно проникли под красное кружево трусиков.

— Я бы трахнул тебя прямо здесь, — сказал Ван Дорн, даже не трудясь перейти на шепот. — Но предлагаю все-таки пойти в мою спальню.

— Бесконечно долгий путь, — сказала я, прогибаясь навстречу его ласкам так, чтобы «надеться» на его пальцы и ощутить их глубоко внутри себя.

— Если ты соглашаешься на это только в благодарность за спасение… — проговорил Ван Дорн, глядя мне в глаза.

— Заткнись, — фыркнула я. — Даже если это и так, то что?

Очень долгую секунду мы смотрели друг на друга. Прямо-таки в восхитительно непристойной позе — я раскинув колени на широкой его широкой кровати. А он навис надо мной и удерживает мою голову за хвост. Все-таки зеркало на потолке — удивительно возбуждающая вещь.

— Ладно, я поняла, что отшутиться у меня не получится, — сказала я, потянувшись вперед так, чтобы коснуться губами губ своего любовника. — Я сама начала этот разговор.

— Все верно, — утвердительно кивнул Ван Дорн, не отвечая на мой поцелуй, но и не отстраняясь.