Книга Любава-травница Галиаскаса..., страница 102 – Резеда Ширкунова

Он кивнул головой как заправский гвардеец и вышел из дома. Любава взяла мешочек и унесла его к себе в лабораторию. она даже не стала пересчитывать монеты, зная, что император наградил её достойно. Взяв в руки письмо, травница узнала его почерк. Таким же аккуратным витиеватым почерком было написано разрешение на её выезд из Каритаса.

Император писал, что самочувствие его медленно, но верно идёт на поправку. Императрица, как и предполагала Любава, решила преподнести появление императора как злую шутку её врагов, выдав его за ложного императора, которого в ближайшее время ожидает смерть. Совет, который собрала императрица, почти в полном составе был на её стороне. Никто не мог поверить, что император, который неделю назад лежал без чувств и никого не узнавал, на данный момент находится в полном здравии. Кто-то из старейшин неожиданно вспомнил, что как императора, так и императрицу можно проверить артефактом истины — «Символом власти», который принимает только настоящего императора. Однако никто не помнил, что императрицу никогда не должны проверять, так как она не является кровной родственницей правящей династии. Из хранилища принесли диадему и водрузили на голову императора. Диадема заискрилась всеми цветами радуги.

«Император! Истинный! Но как?» — пронеслись шепотки со всех сторон.

Дальше проверяли императрицу. Его Величество не хотел смерти женщине, которую не любил, всё-таки он прожил с ней не один десяток лет, но кто-то бросился в него магией, которая на время запечаталаего рот. Тот самый старейшина водрузил диадему на голову императрицы. Обруч сильно обхватил её голову и на глазах стал уменьшаться. Женщина пыталась содрать с себя украшение, но через минуту валялась возле ног императора с выпученными глазами.

— Да здравствует истинный император! — провозгласил старейшина.

— Вы знали, что на императрицу нельзя одевать диадему, — глухо произнёс император.

— О чём вы, Ваше Величество? Диадема знала и знает, кто является настоящим императором, — усмехнулся старец.

Вечером Любава передала письмо Вериону, чтобы он ознакомился с ним и сообщил новости императору.

В выходной день Верион пришёл с огромным букетом цветов. Высокий беловолосый мужчина с пронзительными синими глазами завоевал её сердце лишь одним взглядом. Губы любимого растянулись в широкую, белозубую и обаятельную улыбку.

— Здравствуй, любимая, — мурлыкнул он ей на ушко, отчего по спине травницы пробежал табун мурашек.

— Что-то случилось? — Любава прищурилась, оглядывая мага.

— Почему ты так подумала? — вновь улыбнулся он.

— Какой-то ты сегодня странный. Не такой, которого я привыкла видеть каждый день, — произнесла она.

— В чём-то ты права.

Он вручил ей букет цветов и усадил на кресло, а затем опустился перед ней на одно колено.

— Пускай у нас начало было не так гладко,

Но нас с тобой ничто не может разлучить.

Поверь, нам вместе будет очень сладко,

Ведь друг без друга нам уже не жить!

Ты покорить меня смогла,

И я влюбился как мальчишка

В твои прекрасные глаза,

И чувства вспыхнули как искра.

И я готов тебе сегодня смело

Озвучить предложение на века:

Я руку, сердце и себя всецело

Тебе отдам, лишь ты скажи мне «да»!

Со всех сторон послышались хлопки и улюлюканье.

Влюбленная пара даже не заметила, что они не одни. В гостиной присутствовали Курана с Саросом и маленькая Марьяна. Последняя подскочила к матери и уселась на коленях.