Книга Бракованный принц и замок в кредит, страница 42 – Кристина Ло, Мари Марс

Степняк, одержимый поисками, настиг их. Юноша бросился на защиту возлюбленной, но был сражён насмерть. Не выдержало сердце Остальвии. По её бледным, словно высеченным из мрамора, щекам потекли слёзы — алые, как сама жизнь. Она молила и взывала к силам, слишком опасным даже для столь сильного создания.

— Остановись! — взревел воин, кидаясь к ней.

Но хрупкое тело полубогини уже пошатнулось и упало в его могучие руки.

— Я была готова подарить тебе свою жизнь... — прошептала она, открывая потускневшие глаза. Кровавые слёзы текли не переставая. — Но ты самвыбрал мою смерть, убив его.

В своей агонии Остальвия взмолилась матери, вкладывая в слова всю силу своей души. И как ни разрывалось от боли сердце Венoи, внять молитве собственной дочери, полубогине, она не имела права — таков был нерушимый закон. Тогда Остальвия выбрала иной путь: она предложила обменять свою угасающую жизнь на жизнь любимого.

Взревел, как раненый зверь, воин Дааль-Шара. Он отшатнулся от умирающей и рухнул на колени. За ним, словно подкошенные, пали его верные воины, чьи жизни были неразрывно связаны с господином магическими узами.

И тогда воин принёс жертву своему богу — Таргану, владыке войны. Кровь потекла ручьями. Он просил о возлюбленной. Тарган услышал его, но бог войны всегда исполнял желания по-своему. Едва оборвалась жизнь Остальвии, как на землю рухнули и все степняки, уснувшие вечным сном.

Полубоги, умирая, не оставляют после себя тленных тел. С последним вздохом Остальвии её плоть растворилась в тысячах золотых огоньков. Вся её магия, сильная и безграничная, собравшись в последний выдох, рванула к мёртвому юноше, впитываясь в его охладевшую грудь.

Когда он очнулся, перед его глазами промелькнули последние мгновения жизни любимой — так Веноя напомнила ему о цене его воскрешения. Три дня и три ночи оплакивал юноша Остальвию на той поляне, а на рассвете четвертого дня земля покрылась дивными цветами, дарующими благословение. Степняки же обратились в каменные глыбы, навеки встав немой стражей вокруг того места.

Остальвия стала цветами Вуастель, что на языке Дааль-Шара означает «Единственная». А её суровый воин обратился камнем — вечным стражем, обречённым охранять покой той, кого он погубил, быть рядом, но никогда более не иметь возможности прикоснуться.

Шли годы. Острая боль в сердце юноши смягчилась, уступив место светлой печали. Он женился, обзавёлся детьми, а дар Остальвии, её Дыхание, что дарили цветы, помог ему возвыситься и основать род, названный в честь цветка Вуастель. Она подарила ему не только жизнь, но и часть своей божественной сущности, способную творить чудеса. Но у этого дара было тайное условие, о котором спустя много поколений потомки того юноши позабыли.

Дыхание Остальвии нельзя было украсть или отобрать силой. Оно должно было служить жизни. Чтобы род процветал, а магия не угасала, истинный наследник обязан был исцелить имне менее тридцати живых существ — исцелить бескорыстно, по одному в год. И лишь того, кого сама судьба приведёт на его порог, того, кто отчаянно нуждался в помощи и не может оплатить ничем, кроме благодарности.

Отец Розарии, бабки нынешней графини Лилианны, не успел поведать дочери об этом завете, скончавшись внезапно и безвременно. И с этого рокового дня дивные цветы перестали дарить своё Дыхание, перкины не рождались и чуть не исчезли вовсе, а мир на долгие годы утратил величайшее исцеление.