Книга Контракт для герцогини, страница 165 – Ада Нэрис

— Похищение? Это ужасно. Но, Ваше Величество, почему герцог обратился с такими фантазиями именно к вам? И почему он смешивает имя моей скромной персоны с этим чудовищным преступлением? Это… возмутительно.

— Именно так, — сухо согласился король. — Возмутительно. И крайне неудобно. Герцог Блэквуд — не последний человек в королевстве. Исчезновение его жены, особенно после недавнего покушения на её жизнь, которое, как выяснилось, тоже не было несчастным случаем… это уже не частная трагедия. Это скандал. Скандал, который брызгает грязью не только на его дом, но и на самые основы порядка и безопасности, которые я, как ваш король, обязан поддерживать.

Он сделал ударение на последних словах. Это был не упрёк Рейсу. Это была констатация угрозы короне. Игра велась не на уровне «правда-ложь», а на уровне престижа и стабильности власти.

— Когда пэры королевства начинают бесследно исчезать, когда в высших кругах начинают шептаться о заговорах и тайных расправах, это создаёт опасный прецедент, граф. Это сеет хаос. А хаос — это то, чего я терпеть не могу. Он подрывает доверие ко мне лично. К моему правлению.

Рейс кивнул, лицо его стало серьёзным, почти скорбным.

— Вполне разделяю вашу озабоченность, Ваше Величество. Подобная вольность — похищение знатной дамы — это вызов всему нашему строю. Необходимо самое тщательное расследование. И, разумеется, я готов оказать любую посильную помощь, чтобы прояснить это тёмное дело и вернуть леди Блэквуд её обезумевшему от горя супругу. Хотя, — он позволил себе осторожно усмехнуться, — учитывая характер обвинений герцога в мой адрес, моё участие вряд ли будет воспринято им объективно.

— Ваше участие, — перебил его король, и его голос приобрёл лёгкую, но неумолимую металлическую нотку, — мне интересно в ином ключе. Вы — человек влиятельный, граф. У вас обширные связи. Информация к вам стекается со всех уголков королевства. Имне трудно поверить, что о таком масштабном событии, как похищение герцогини, вы не слышали ровным счётом ничего. Особенно если, как намекает герцог, за ним стоят не какие-то лесные разбойники, а высокопоставленные лица с политическими мотивами.

Это был первый прямой намёк. Не обвинение, а проверка. Король смотрел на Рейса, и в его усталых глазах не было ни веры, ни неверия. Был лишь холодный, оценивающий интерес: как ты будешь выкручиваться? Какую карту бросишь на стол?

Воздух в зелёном кабинете стал гуще. Тишина зазвенела. Граф Рейс понимал, что стоит на краю пропасти. Король не вызывал его для того, чтобы утешить. Он вызвал его, чтобы дать понять: игра вышла из-под контроля и начала пахнуть скандалом, пачкающим трон. И монарх намерен этот запах устранить. Любой ценой. Теперь всё зависело от того, как Рейс сумеет представить себя не источником проблемы, а, наоборот, единственным человеком, способным её решить — и при этом спасти свою собственную шкуру. Битва умов и воль только начиналась, и ставки были выше, чем когда-либо: свобода, власть и сама жизнь.

Маска на лице графа Рейса даже не дрогнула. Напротив, она стала ещё более отполированной, обретя оттенок благородного страдания и праведного возмущения, смешанного с глубокой печалью за состояние несчастного коллеги. Он откинулся в кресле, не разрывая визуального контакта с монархом, и его поза выражала не защиту, а открытость и лёгкую усталость от несправедливости.