Книга Эгоистичная принцесса, страница 129 – Ада Нэрис

В голосе Тиары не было ни капли сожаления. Только презрение.

— Она доверяет мне, — продолжила Тиара, и её губы растянулись в довольной улыбке. — После того маленького спектакля с покушением она чувствует себя моей защитницей. Она готова умереть за меня. И это прекрасно. Потому что чем сильнее она меня любит, тем легче будет нанести удар.

Скарлетт показалось, что пол уходит у неё из-под ног. Она вцепилась в стену, чтобы не упасть. В ушах шумело, перед глазами плыли чёрные пятна. Слова Тиары вонзались в сердце, как отравленные иглы.

«Маленький спектакль с покушением». Значит, всё это было ложью. Всё. Тиара не была жертвой. Тиара была режиссёром. И её "спасение" Скарлетт было всего лишь частью плана.

Вторая тень подняла голову.

— Госпожа, что с принцем? Ваш план относительно него…

— Рэйдо, — перебила Тиара, и при этом имени в её голосе появилась странная, хищная нотка. — Ледяной Кронпринц. Он силён. Очень силён. Его магия льда — именно то, что нам нужно. И он уже наполовину наш.

Она прошлась по комнате, и тени у её ног почтительно расступались.

— Он влюблён, глупец. Влюблён в мою сестру, в этот ходячий пожар, в эту неконтролируемую стихию. И эта любовь делает его уязвимым. Он последует за ней куда угодно. А она последует за мной. Значит, они оба придут туда, куда нам нужно.

Тиара остановилась перед зеркалом и посмотрела на своё отражение. Оно улыбнулось ей в ответ — понимающе,одобрительно.

— Магия льда и магия жизни, — произнесла она медленно, смакуя каждое слово. — Две силы, две стихии. Остаётся только добавить к ним свет. И тогда…

Она повернулась к теням, и в её глазах вспыхнул такой яркий, такой ослепительный огонь, что даже тени, казалось, отшатнулись.

— Тогда Истинный Свет восторжествует над этим грязным, хаотичным миром. Тогда мы наведём порядок. Настоящий порядок. Без слабости, без сомнений, без этой жалкой человеческой привязанности, которая только мешает.

Одна из теней осмелилась поднять голову.

— Госпожа, а что с королём? Ваш отец…

— Мой отец, — перебила Тиара, и в её голосе прозвучало такое ледяное презрение, что Скарлетт вздрогнула, — слабый, безвольный старик, который позволяет собой манипулировать всем, кому не лень. Он был полезен, пока прикрывал меня своим авторитетом. Но теперь он становится обузой. Когда придёт время, он либо подчинится, либо…

Она не закончила фразу. Но тени поняли. Они склонили головы ещё ниже.

— Ступайте, — приказала Тиара. — Готовьте всё к решающему ритуалу. Свет должен быть собран, лёд — захвачен, роза — принесена в жертву. Через месяц, в ночь зимнего солнцестояния, мы совершим то, что не удавалось никому за тысячу лет.

Тени начали таять, растворяться в воздухе, втягиваться обратно в зеркало. Последняя, прежде чем исчезнуть, подняла голову и прошептала:

— Да воссияет Истинный Свет.

— Да воссияет, — ответила Тиара, и её лицо озарилось такой благостной, такой светлой улыбкой, что любой, кто увидел бы её в этот момент, подумал: "Какая добрая, какая святая девушка".

Только Скарлетт знала теперь цену этой улыбке.

Она стояла в своём тайном убежище, прижавшись лбом к холодному камню, и пыталась дышать. Воздух не шёл в лёгкие. Всё внутри неё сжалось в один тугой, болезненный комок.

Тиара. Её сестра. Та, кого она подозревала и в чью невиновность так хотела верить. Та, кого она защищала от нападения, рискуя жизнью. Та, кто смотрела на неё с такой искренней благодарностью после "покушения".