Книга Тайна против всех, страница 56 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

– Окончил московский университет, строительный, кажется. По специальности, как ты понимаешь, никогда не работал. Маму встретил там же, в столице, когда она приезжала то ли на экскурсию, то ли на институтскую практику, – рассказала она. – Как твои успехи? Удалось узнать что-то о нашем временном пристанище?

– Ничего вразумительного, – призналась я. – Как будто не было в Иванчиково детского дома. А может, и нас не было?

– Эй, подруга? Ты чего? – рассмеялась она.

– Да не знаю, что и думать, – вздохнула я. – Кстати, твои отец или мать никогда не упоминали ни о какой коалиции?

– Не припомню.

Я подробно описала Дуне изображение, найденное в письме моего отца, но и оно ей ни о чем не говорило, что неудивительно, я за одиннадцать лет также не видела и не слышала от родителя ни о чем подобном.

– Ольга Ивановна Петрова, – сообщила я Субботкину, вернувшись в кабинет. – Узнала отчество матери моей подруги.

– Хорошо, постараюсь проверить, если Звонарев сам не вспомнит такую студентку.

– Он согласился на встречу?

– С трудом. Думаю, придется заехать по пути за бутылкой коньяка или виски.

– Производственные издержки, – усмехнулась я.

* * *

Мы выехали на проспект, в конце которого располагался университет, и я догадалась, что направляемся мы именно туда.

– Федор Павлович назначил встречу там же?

Это показалось мне несколько странным, учитывая, что он больше не преподавал.

– Думаешь, что наш дядька зачастил на свою прежнюю работу? Может, скучает?

– Или что-то скрывает от посторонних глаз в своей квартире?

– Что, например?

– Знакомый нам знак, нарисованный во всю стену в гостиной, например, – предположила я.

– Надеюсь, ты шутишь, – внимательно посмотрел на меня Виктор.

– Отчасти.

Субботкин остановил машину и галантно помог мне из нее выбраться. Мы направились к зданию университета, где сегодня, в разгар учебного дня, было многолюдно. Студенты сновали туда-сюда, громко переговариваясь и смеясь. Я вспомнила свои годы учебы в вузе и счастливую беззаботность той поры.

Звонарев ждал нас все в том же кабинете. Виктор, недолго думая, решил пойти с козырей и сразу поставил перед ним бутылку бурого напитка, предусмотрительно вынутую из пакета, чтобы разглядеть подарок можно было во всей красе.

– Не стоило, – улыбнулся мужчина, но бутылку тут же убрал куда-то под стол. – Чем обязан?

– Много времени мы не займем, – заверила я. – Продолжаю искать информацию о своем отце, всплыло два имени, которые могут вам о чем-то сказать.

– Так. – Федор Павлович сцепил руки замком.

– Ольга Петрова, студентка. Возможно, училась с отцом на одном факультете.

– Была такая, да.

– Вы не припомните ее отчества?

– Ну что вы, милочка, – рассмеялся Звонарев. – Я и свое-то порой с трудом назвать могу.

– Понимаю, – улыбнулась я. – Ольга и мой отец, они общались?

Федор Павлович задумался, поправил лацкан пиджака, посмотрел куда-то сквозь меня и вдруг произнес:

– И точно! Прошлый раз я ведь вам соврал. Невольно, разумеется. Годы берут свое, качество памяти ухудшается, как и в целом работа мозга, – печально рассуждал он. – Я сказал, что больше не помню никого из студентов, состоящих в коалиции, а ведь Оля была одной из них.

Я замерла, не в силах сделать даже вдоха. Субботкин молчал, справедливо полагая, что мне лучше знать, как продолжить беседу.