Книга Там, где тишина, страница 89 – Эллиот Харпер

Он бьет, бьет, бьет, и этому нет ни конца ни края. Билли пытается подняться, но руки не слушаются, ноги и все тело сковала дикая слабость, суставы ноют от боли. Потребовалось время, чтобы она смогла собраться с силами, встать и выпрямиться перед этим подонком.

Но до тех пор ей не оставалось ничего, кроме как молиться, что кто-нибудь придет и прекратит этот кошмар. Потому что все не могло быть настолько плохо. Все не могло закончиться так – у любой боли и любого страха есть предел. Просто иногда этот предел – чья-то смерть.

В ту ночь Билли осознала очень ясно: никто не поможет им с Кэйти. Полиция не успеет доехать. Соседи опять проигнорируют шум. Супермен не появится из облаков и не забьет Шона Макмиллана до потери пульса. Все происходило по-настоящему. Страх был настоящий. Риск смерти был самый что ни на есть настоящий. И единственный шанс выжить – это подняться вопреки боли. Подняться и нанести ответный удар.

Внезапно Билли надоело спускать на себя всех собак.

«К черту! Я не экстрасенс и не гадалка! Я не могла знать заранее – должна, но не могла, – что этот самовлюбленный ублюдок окажется отмороженным маньяком! Я не знала, когда пила утренний кофе или коктейль в машине, что он медленно и методично убивает двух ни в чем не повинных девушек, которые хотели посмотреть мир, но столкнулись с худшей его стороной! Я не знала! Не знала!»

Из глубины ее мыслей начал подниматься гнев.

«Я не знала, кто он! И не знала, что происходит!»

Билли крепко сжала пальцы в кулаки и стиснула зубы. Этот монстр не должен был оказаться на воле еще в самом начале. Все, что произошло после, случилось по вине другого человека – того, кто помог Роберту выйти на свободу под залог.

Она обошла кровать и посмотрела на грязные подушки и простыни.

Кристофер Шерман. Адвокат Роберта Андерсона.

Он не впервые прикрывал задницы самых гнусных выродков города. Но теперь по улицам гуляет серийный убийца, под удар которого может попасть кто угодно.

«Ты выпустил монстра на свободу, – мысленно процедила Билли, не замечая, как ногти больно впились в кожу. – Это твоя вина, не моя. И ты не меньший монстр».

Она повернулась, поправила маску и решительно направилась к выходу из квартиры.

Однажды Билли уже парковала «мустанг» между домами, когда приехала задержать Андерсона, и ей не хотелось это повторять, чтобы не бередить неприятные воспоминания. На этот раз она оставила машину на противоположной стороне улицы, но, когда вышла из подъезда, у «мустанга» крутился ребенок.

«Приплыли».

Покачав головой, Билли подошла ближе и тихо, чтобы не испугать мальчика, произнесла:

– Эй, малыш, – или не совсем малыш, на вид ему было лет восемь, – ты…

Договорить она не успела. Обернувшись, ребенок выпучил глаза и в страхе прижался спиной к «мустангу», мыча и мотая головой.

– Эй, эй, спокойно, – Билли выставила руки перед собой, – я тебя не трону. Слышишь? Не трону. Это моя машина, – она указала пальцем на «мустанг». – Нравится?

Помедлив, мальчик кивнул, но все так же не издал ни звука, глядя на Билли испуганным котенком.

Она вздохнула, когда рассмотрела его чуть лучше: похоже, у ребенка имелись проблемы не только в развитии, но и с вниманием родителей. Поношенные и не самые чистые джинсы с выцветшей серой футболкой на несколько размеров больше дополняли привычный образ маленького оборванца. Жители неблагополучного района не особо следили за своими детьми. Зачастую им было наплевать и на то, где их чада проводят время и ходят ли они в принципе в школу.