Книга Долгие северные ночи, страница 50 – Влада Ольховская

– Таиса, зачем вообще это все?

Она наконец посерьезнела:

– Потому что я прекрасно знаю, как ты относишься к таким делам… Тем, где люди делают друг другу гадость не ради наживы, не ради какой-то другой выгоды, а исключительно ради гадости как таковой. Ты все время твердишь, что твоя вера в человечество умерла, но на самом деле это тебя задевает.

– Ты придумываешь.

– Нет, я веду последовательные наблюдения. При каждом таком случае ты ходишь даже мрачнее, чем обычно, что неподготовленному человеку покажется невозможным, но ты справляешься. Ты мало говоришь, мало ешь, иногда даже заметно худеешь… Короче, я решила купировать это сразу, чтобы ты вмиг осознал, что в мире осталось не только зло, но и булочки с корицей.

– Ты действительно думаешь, что это приведет чаши весов в равновесие?

– Нет, но у меня есть еще пара аргументов. Я говорила с Ольгой… Она не будет выдвигать обвинения. Елена все равно не останется безнаказанной, потому что люди, пострадавшие в том шатре, обвинения выдвигать очень даже будут. Но Ольга ее действительно простила, это чувствуется. А еще она собирается и дальше заботиться о Григории, пусть и не общаясь с ним. Подозреваю, что ее мужу это кажется слабостью… А это на самом деле доброта. Видишь? Она еще существует.

– Спорно. Возможно, это чувство вины.

– Ай, перестань, жонглируешь интерпретациями! Ну и еще не хотелось бы, чтобы ты снова бродил в мрачном одиночестве. Хочешь, в гости к тебе приеду?

– И это тоже слова Гарика.

– Ну и ладно, – легко сдалась Таиса. – Раз не хочешь, то и не надо. Но в кормлении я преуспела!

Нельзя сказать, что его так уж привлекала сдоба – при том, что позавтракать он не успел, а про обед вообще забыл. Но опыт был интересный: сероватая пелена снега, залепившая стекла автомобиля, неяркий желтый свет в салоне, запах кофе и корицы, жизнерадостность, которую на этот раз не хотелось гасить…

Может, идея позвать ее в гости не была такой уж бредовой… но не сегодня. Матвей сомневался, что она поймет его правильно – хотя бы потому, что он и сам не понимал, что тут правильно. Он отвез ее домой, а потом только направился к себе.

И все же кое-чего Таиса добилась: настроение улучшилось. Не до желания скакать по крышам с маракасами, но такое желание Матвея в принципе не посещало. Он просто чувствовал, что готов примириться с реальностью.

Однако это было до того, как он добрался до дома и увидел, что на крыльце его ожидают. Одинокая фигура, закутанная в одеяло и потому неопознаваемая… Странно. Но не критично: он сам не запер калитку, а раз не сработала сигнализация, в дом незнакомец проникнуть не пытался.

Когда Матвей подошел ближе, незваный гость поднялся навстречу – и стало заметно, что это гостья. Более чем незваная, остро нежеланная. Потому что прекрасно знакомая.

– Привет, – улыбнулась ему Ксана. Улыбка, впрочем, была лишена привычного очарования, чувствовалось, что гостья успела замерзнуть. – Давно не виделись, а? Даже и не помню, когда был прошлый раз!

– Зато помню я, – равнодушно сообщил Матвей. – Примерно год назад. В день, когда ты отдала меня серийному убийце.

Кто угодно уже смутился бы, только не она. Ксана ограничилась мечтательным вздохом:

– Золотые были времена! Я, если честно, думала, что, если и вернусь, то только ради твоего убийства. А получилось вот как… Теперь ты будешь меня спасать.