Книга Долгие северные ночи, страница 74 – Влада Ольховская

К моменту, когда о смерти Вали узнали профайлеры, тело по большей части собрали, восстановили в одном месте. Фрагменты пребывали в разном состоянии, однако в целом сохранились неплохо – помогла холодная погода. И теперь, когда Матвей наконец добрался до зала, где подготовили для осмотра останки, он увидел не куклу, не декорации к фильму ужасов. Он увидел человека, которого больше нет.

Гарик остался в стороне, его героизм завершался на поддержке живых. Матвей же делал то, за чем пришел: он осматривал тело, проверял, всё ли обнаружили эксперты.

Шрамов у Вали хватало, однако все они были старыми, полученными еще в детстве, а потому отлично зажившими. После этого она никаких серьезных травм не получала. Тренировалась она грамотно, развитие мускулатуры получилось гармоничным. Не декоративные мышцы бодибилдера, нет, ей нужно было не это. Валя создавала тело, способное долго оставаться сильным. Любопытно… Для работы охранника это не обязательно. Либо она была увлечена самим процессом, либо занималась чем-то еще.

Ну и конечно, были посмертные травмы – и были предсмертные. Страшные, многочисленные. Некоторые успели поджить… Получается, в плену она была не один день и оставалась при этом живой. В отчете эксперта Матвей читал, что никаких биологических следов изнасилования не осталось, да и не мудрено, если учитывать, что сотворили с трупом. Но травмы мышц и костей косвенно указывают на возможность полового акта. Нестандартного, как описал это эксперт.

Такое унижение, такое страдание… Но за что? Здесь это «за что» действительно хотелось искать. Матвею доводилось наблюдать жертв, убитых спонтанными насильниками. Просто увидел, просто выбрал, просто выместил тупую звериную ярость. Там картина была кровавая, но не такая. Нет, здесь как будто личное… Или особая грань безумия, непостижимым образом соединяющая холодную расчетливость и одержимый садизм.

Но если в издевательствах и убийстве преступник терял контроль, то потом снова обретал. Расчленение он произвел пусть и не идеально, но вполне толково. Он не метался, не паниковал, он все сделал быстро, с первой попытки. Да еще упаковка эта… Снова ничего лишнего. Для него Валя Фомина как личность существовала, пока была возможна месть. Когда молодая женщина перестала дышать, она превратилась в предмет демонстрации.

Он не просто выбросил ее, чтобы сравнить с мусором, он еще и подстраховался. Тело определенно чистили, но даже если что-то он не заметил или забыл, всегда можно сказать, что он просто подходил к тем же бакам с вполне понятной целью.

Матвей увидел все, что хотел. Прямо сейчас это пользы не принесло, однако раздражения он не чувствовал. Он знал, что порой детали лишь ждут своего часа, чтобы сложиться в единое целое.

Из морга они направились в район, где произошло похищение. Пожалуй, могло показаться, что самой чудовищной частью истории было убийство, однако и то, как Валю забрали, заставляет о многом задуматься.

Преступник не дожидался ночи, не подбирал угол потемнее, он ни в чем не был банален. Он напал на нее в первой половине дня. Валя тогда отработала ночную смену в торговом центре, задержалась ради завтрака и направилась к себе, отсыпаться, но до дома так и не дошла. Ее перехватили в десять часов утра, на обычной узкой улице между дворами. Об этом было известно не так уж много: свое хаотичное на первый взгляд решение преступник продумал идеально. Он выбрал участок, где не было никаких камер наблюдения, они там просто не предполагались – зачем? Их ставят на хоть сколько-то важных объектах: магазинах, банках… А там не было ничего.