Книга Осеннее равноденствие, страница 196 – Влада Ольховская

Она не просто так нависала над ним, как хищная птица, она ждала страха… а страха не было. Матвей и сам не знал, почему, не чувствовал и все. Может, потому, что он заслужил даже такую участь? Или потому, что в итоге все сводится к нему, а Гарик и Таиса не пострадают? Ну и конечно, он не готов был отдать свою жизнь так легко. Как только Ксана уйдет – а уйдет она до начала пыток, – он заговорит с Игорем, попробует разобраться в этом человеке, сделает то, что умеет лучше всего…

Ксана будто мысли его прочитала. То, что он не боится и не умоляет о пощаде, раздражало ее, однако не настолько, чтобы потерять контроль над ситуацией.

– Если ты надеешься, что тебя спасут, как прекрасную принцессу, то очень зря. Мы давно уже разобрались с сигнализацией в твоем доме, так Игорь и смог подобраться к тебе незаметно. Работать в одной команде с хорошим хакером – особое удовольствие, люблю полезных друзей. Так что даже если кто-то придет за собой, Игорь узнает об этом заранее. Плюс для тебя будет лишь в том, что ты умрешь чуть быстрее, чем планировалось. Хотя… никто не придет – ты и сам это знаешь.

Он действительно знал. Гарик и Таиса заняты, они уверены, что главная угроза исходит от Алены Даниловой. Они все сошлись на том, что за серийными убийствами стоит она – и они были правы! Просто все оказалось еще сложнее…

Так что в этом противостоянии должны были участвовать только двое. Матвей держался за веру в то, что у него еще есть шанс, сколько мог – до момента, когда Ксана этот шанс у него отняла. Она взяла с полки моток скотча, оторвала серебристую ленту и заклеила пленнику рот.

После этого Ксана мягко, едва ощутимо поцеловала Матвея в лоб и шепнула на ухо:

– Прощай. Вот теперь мы с тобой по-настоящему квиты.

* * *

Все случилось за три мгновения, быстрых, как удары испуганного сердца.

Первое – он открывает дверь. Это очередное мирное утро, все идет как обычно. Его мысли улетели куда-то далеко вперед, в разгар сегодняшнего дня. Они вертятся вокруг планов и встреч, вокруг имен пациентов и денег, которые они принесут. Движения выполняются автоматически, сами по себе, они и не заслуживают концентрации. Он повторял их столько раз, что теперь доверяет памяти тела.

Второе – он видит силуэт прямо перед собой. В дверном проеме никого быть не должно, потому что раньше не было. А теперь есть, высокий, опасный… Света в коридоре хватает, и он мог бы рассмотреть больше, чем силуэт, если бы все произошло не так быстро.

Третье – он чувствует боль. Она острая, одновременно ледяная и горячая. Так же не бывает! Не бывает – и все равно есть. Как будто его ударили осколком льда, но из-за этого в животе вспыхнуло пламя. Говорят, что боль от сильной раны организм воспринимает с задержкой, сначала ему нужно преодолеть шок, поверить, что это действительно с ним случилось.

Он не получает никакого послабления, боль приходит сразу. Она дезориентирует так же сильно, как нарушение привычного порядка вещей. Это же нечестно, он не был готов! Он – человек разума, его поле боя – мысли и иллюзии. Он не должен сталкиваться с чем-то настолько примитивным!

Но тому, кто пришел за ним, на это плевать. Первый удар – только начало, болезненное и страшное… Второй удар прилетает так же быстро. Этот еще сильнее, его достаточно, чтобы сбить Виталия с ног, отшвырнуть обратно в квартиру.