Книга Цветы пустыни, страница 105 – Влада Ольховская

Майя тоже не отказалась бы никогда не знать о подобном, но ей это пришлось пережить. При следующих странных, будто пьяных пробуждениях боли уже не было. Она не представляла, почему. Врачи сказали – шок. Он по-разному проявляется: кого-то убивает, кого-то лишает способности чувствовать. Боль – это ведь инструмент защиты, на самом-то деле, и когда тело понимает, что спастись не получится, оно попросту отключает восприятие боли.

Щадить Майю никто не собирался. Когда нападавшие перестали делать свои странные паузы, они снова били Майю – уже без жалости. Они превратили ее тело в кровавое месиво и ушли спокойными. Они были убеждены, что «это» не сможет выжить.

Майя разделяла их мнение. Она изучала свои раны кончиками пальцев и с ужасом понимала, что с таким не выживают. Обратный отсчет для нее пошел на минуты, и все же она отказалась сдаваться без боя. Раз не смогла выжить, должна отомстить!

Она ведь запомнила их имена. Старший не сдал бы такое даже приговоренной, он был осторожен. Но младший трындел без умолку – и имя он произносил не раз. Старшего он называл Маратом – такое имя стоило запомнить, оно редкое! Старший огрызался и презрительно звал младшего Дюшей. Андрей, скорее всего. Имя не редкое, но полиция ведь знает, кто кому сообщник, им любая деталь поможет!

Майя знала об этом. На чистой злости и упрямстве она дошла, доползла до шоссе, повалилась на залитый желтым светом фонарей асфальт. Ее могли бы спасти сразу…

Но предпочли не спасать. Позже выяснилось, что первые машины просто объезжали голую окровавленную девушку, лежащую на дороге. Никто не хотел рисковать, они лишь набирали скорость. Ведь фильмы ужасов учат, что это обязательно ловушка! Лучше не подставляться, не связываться. Она все равно наверняка мертвая.

Возле Майи остановилась только третья машина, и то потому, что среди пассажиров оказался врач. Хотя что он мог? Только сидеть рядом с умирающей Майей и подбадривать ее до приезда «Скорой». Говорить ей, что все будет хорошо. Она не верила в это, знала, что ей осталось недолго. И все равно она была рада, ведь своего она добилась! Она хотела назвать имена, очень хотела, чтобы все было не зря… Но она так и не смогла. В темноту она погрузилась с чувством разочарования.

А потом начала просыпаться в больнице – снова и снова, пока не пришла в себя окончательно.

Знания о преступниках, которые она с таким трудом донесла до людей, оказались ценными. Полиция без труда вышла на тех, кто похитил Майю – братья Марат и Андрей Яковлевы уже попадали в поле зрения правоохранителей. Правда, из-за куда менее страшных преступлений, да и то в основном Марат, который действительно оказался старшим братом. Но это не так важно, ведь были отпечатки, был адрес, все должно было закончиться справедливым наказанием!

Не сложилось. Когда за братьями Яковлевыми пришли, оказалось, что они исчезли. Причем исчезли давно, чуть ли не за неделю до того, как Майя очнулась и смогла назвать их имена, однако и не сразу после преступления. Это доказывало, что их бегство было связано вовсе не с чувством вины за содеянное. Похоже, сначала они считали, что все хорошо, и продолжали жить как раньше, а потом кто-то шепнул им, что Майя непостижимым образом выжила, и они где-то затаились.

Так что собственное спасение казалось Майе мимолетным, не отмена приговора, а лишь его отсрочка.