Книга Пять строк из прошлого, страница 62 – Анна и Сергей Литвиновы

Короче, бросила прямо в лицо главному режиссеру Леониду Борисовичу: «Пусть в “Чулимске” ваши любимицы играют, Лерка да Наташка. А я – ухожу».

Конечно, было бы красиво – она втайне надеялась, – если б в знак протеста и солидарности Кирюха тоже б от роли отказался. Вот тогда б Леонид Борисович побегал! Походил бы, поупрашивал! А они б покапризничали, разные условия повыставляли: например, дать в «Малой земле» именно Оле, а не той же Лерке роль медсестры.

Но Кирка даже не пошевелился. Он ее, конечно, поуговаривал вернуться и таки буфетчицу сыграть – но весьма вяло. А когда она решительно отказалась, сделал вид, будто так и надо. И без нее и театр, и он сам обойдутся. Ну и пожалуйста. Ну и черт с тобой, дорогой товарищ Кравцов!

Премьеру «Малой земли» (без Ольги, но при деятельном участии Кирилла) сыграли под Девятое мая. На премьеру в институтский ДК пригласили ветеранов 18-й армии, носились с ними, как с писаными торбами. Пришли корреспонденты из «Советской культуры» и «Правды», и с телевидения приезжала группа – сюжет о премьере в программе «Время» дали.

Оля даже не пошла. Как не пошла на премьеру «Чулимска».

– Да что ж ты как маленькая! – уговаривал ее Кирка. – Что за детские обиды! Надо быть выше этого!

– Не пойду. Хромаю. Нога болит. Надеть нечего.

– Хочешь, я тебя на руках отнесу? Или поедем в ГУМ: купим тебе обновку?

Но она только: нет, нет и нет.

В их с Киром отношениях что-то неуловимо поломалось. С ним, конечно, весело и интересно время проводить: анекдоты, истории, шутки, гитара! Не парень – фейерверк!.. Но такой ли нужен муж, спутник жизни? Прямо скажем: Кирилл Кравцов – несерьезный человек. Ни на какую карьеру не настроен. Учится плохо, вечно хвосты, вечно лишают стипендии, на четвертом курсе чуть не отчислять собирались. Никакой общественной работы не ведет. На одной художественной самодеятельности далеко не уедешь. А дальше? Распределят в какую-нибудь дыру, дадут комнату в общаге – потом мыкаться лет десять, пока до отдельной квартиры дослужишься, и трубить инженером на заводе.

Вдобавок – пьет. Нет, не запойный пока, но как в рот ему попадет, так не остановится, пока не упадет замертво. И к таксистам среди ночи срывается за добавкой, и одеколон у парней в палатке выпил, когда в стройотряде в Абакане решил покирять, – сам рассказывал. А что дальше будет? Можно полагать свою судьбу на человека, который к зеленому змию неравнодушен? Такой ведь и свою жизнь пропьет, и тех, кто рядом с ним окажется. А она и без него к выпивке неравнодушна. С удовольствием компанию ему составляет. Что ж это получится? Пьющая семья?.. Нет, нет, Кирыч, похоже, исчерпал себя как человек, который должен быть с нею рядом.

После премьер и сессии Кирилл уехал на военные сборы. Такая обязаловка, что от нее никак не откосишь. Парни в Техноложке занимались на военной кафедре, проходили сборы, принимали присягу, и им лейтенантские звания присваивали – зато два года солдатом не трубить.

Ввиду отсутствия главной звезды, Кирилла Кравцова, агиттеатр не повез свои последние премьеры на гастроли: ограничились «Казанским университетом» и Шукшиным. Поехали по Волге-матушке: Калинин, Ярославль, Кострома – и далее везде, вплоть до Астрахани. Но без Кира. И, увы, без Оли.

Наутро парням следовало явиться на Курский вокзал и, ать-два, марш-марш электричкой на сборы. С вечера Кирка изрядно нагрузился напоследок и отправился в комнату к Оле – прощаться.