Книга Пять строк из прошлого, страница 99 – Анна и Сергей Литвиновы

Особенное впечатление на Антона произвело, как он решил с клиническими испытаниями прибора. Не прошло и двух недель, как Ульянов договорился с НИО (Национальным институтом онкологии), – а к лету была разработана программа экспериментов. Двойной слепой метод: две группы больных, на одну воздействуют реальным устройством, для других прибор просто жужжит и мигает.

Ульянов сумел убедить, уговорить, заинтересовать медиков: ведь новый метод лечения – это значит научные статьи, диссертации, продвижение в карьере. И, главное, исцеленные больные.

Теперь Антон гораздо больше в Институте онкологии времени проводил, чем на кафедре. Притерпелся и к специфическому запаху, и к опрокинутым исхудалым лицам больных, и циническим шуточкам медперсонала. Он загадывал: неужели идея, пришедшая в голову возлюбленному Эвелины в далеких тридцатых, выстрелит сейчас? И он станет ее проводником? И реально сможет вылечивать безнадежных?

Воодушевление и вдохновение подстегивало его. Оно в те годы словно снизошло на всю страну, которая не хотела больше жить по-старому и жаждала перемен. Казалось, один рывок, и все чудесно изменится: магазины (полки в которых все пустели и пустели) наполнятся продуктами, повсюду возникнут милые кафе (на самом деле открывались только дорогущие кооперативные рестораны) и на место твердокаменных остолопов-начальников придут интеллигентные люди вроде академика Сахарова или адвоката Собчака… Прошли первые настоящие выборы, из нескольких кандидатов. В Кремлевском дворце впервые стали говорить свободные, возмутительные речи. Вся Москва не выключала телевизоров, где шла прямая трансляция со съезда народных депутатов. Каждый второй прохожий шел по московской улице, прижимая к уху транзистор с выдвинутой антенной.

То было прекрасное чувство: каждый новый день будто бы прибавлялось свободы. На Арбате торговали значками: «Егор, ты не прав!» и: «Борис – борись!» Продавали там и напечатанные в полуподпольных левых типографиях пособия, как сделать женщину счастливой, включая «Технику современного секса» – распечатку, с которой двенадцать лет назад Антон начал знакомство с миром земных наслаждений.

Он и нынче наслаждался, свободный и вольный. А его друзья, будто получив разнарядку, деятельно взялись размножаться. Практически в один день Эдик и Кирилл позвонили Антону и известили, что их половины беременны.

В ту пору аппараты УЗИ были редкостью, для сопровождения беременности использовались разве что в Четвертом управлении Минздрава (к нему относились медицинские учреждения, обслуживающие высших сановников). Поэтому ни Кир, ни Эд до последнего не знали пол малыша.

Саррочку устроили рожать в Грауэрмана (роддом в начале проспекта Калинина). Марина разрешалась от беременности в военном госпитале. Она оказалась в необъявленном соревновании двух друзей первой и родила девочку. Спустя две недели трудовую эстафету подхватила Сарра – на свет появился пацан.

Нечего говорить, что с обоими отцами Антон последовательно отметил рождение наследников. Молодые папаши выглядели торжественными и важными, но и выпили крепко. В застольях меж тем не прозвучало шуточек, обычных при подобных оказиях: мол, вот детишки скоро вырастут, и ого-го! Сынок Эда возьмет и приударит за дочкой Кира, а там, глядишь, и поженятся. И все они перероднятся и станут сватами. Однако в том случае молчаливо понимали: никогда не отдаст Сарра своего сыночка дочери русской хабалки из военторга, да и Кравцовы из секретного городка вряд ли будут счастливы, коль скоро их кровиночка войдет в семью Миндлиных.