Книга В объективе, страница 83 – Ани Хоуп

Джессика сильнее прижалась к нему, а в ответ Кристофер накрыл ее губы восхитительным поцелуем. Жидкая лава удовольствия расплавилась внутри, вырвавшись наружу тихим стоном блаженства.

– Ты сводишь меня с ума, Паркер! – выдохнул Кристофер и отстранился.

Джессика потянулась к нему, не открывая глаз, пытаясь вернуть на место недостающее, но он остановил ее.

– Поцелуй меня, – чужим, незнакомым голосом произнесла она, но услышала тяжелый вздох и ощутила холод там, где мгновение назад было тепло ее мастера.

– Перед тем, как мы переступим эту грань, ты должна узнать, что я за человек.

– Я уже знаю достаточно.

«Конечно, знаю! Внимательный, заботливый, благородный, с невероятным чувством юмора и чертовски сексуальный. Что еще нужно знать?»

– Джесс, я хочу, чтобы это был осознанный выбор. Сегодня ты слегка на эмоциях.

Джессика прикусила губу. Душу на клочки раздирала обида.

– Зачем ты так поступаешь со мной? – спросила она.

– Пожалуйста, не обижайся. Дай мне немного времени, ты все поймешь. И тогда я буду рядом.

Кристофер поцеловал ее в лоб и торопливо вышел из гостиной. В несколько прыжков он преодолел коридор и выскочил на улицу. Он оперся на дверь, тяжело дыша. Изо рта валили клубы пара. Как же ему хотелось ворваться обратно и любить эту женщину так, как никто и никогда ее не любил. Как никого и никогда не любил он сам.

Но в этот раз все было иначе.

Ему действительно хотелось, чтобы она знала.

И каким бы сильным не было желание, он знал, что поступает правильно.

В гостиной по-прежнему горел свет. Взглянув на него в последний раз, он побрел вниз по улице, пиная листья.

«Прости меня, Джессика!»

В баре висела плотная дымка. Чтобы разглядеть посетителей, приходилось буквально заглядывать в лица. Рональд пробирался между столов, выискивая старого товарища. Кристофер сидел у стойки в одиночестве. Плечи опущены, спина округлилась. Поза отчаяния, подумал Рональд.

Он подвинул соседний стул и, взобравшись на него, подозвал бармена.

– Минералку со льдом.

Кристофер хмыкнул, обозначив серьезность положения, и вернулся к бокалу бурбона. Он крутил его по часовой стрелке, затем против нее, отчего казалось, что столешница либо треснет, либо задымится. Они давно говорили Майки заменить ее на более прочную, соответствующую духу времени. Может, из камня или бетона, но тот был непреклонен и отвечал, что в баре, доставшемся ему от отца, а тому от его отца, что-либо изменится только после его смерти. Ждать осталось недолго, Майки доживал восьмой десяток и каждой седой волосинкой обожал облупившиеся борозды по центру столешницы. Когда-то можно было запустить стакан с пивом в другой конец стойки, и адресат непременно его получил бы. Теперь это выглядело сомнительным аттракционом вроде русской рулетки: долетит не долетит. У последнего шансов было почти на сто процентов больше.

– Что случилось? Встреча не задалась? – спросил Рональд, отметив, что никого из знакомых нет и можно спокойно поговорить.

– Напротив, – ответил Кристофер.

Рональд повел бровью и кивком поблагодарил бармена за поданный напиток. Он продолжил покачивать головой в такт музыке, которая ненавязчиво просачивалась в душу и уносила с собой. Майки обожал инди-рок, и все его посетители перенимали эту страсть, прикипая сердцем.

– Не похоже, что так.