Онлайн книга «Синдром Медеи»
|
И все же… Глинский не выдержал и вскрыл конверт. * * * Грёза тем временем заперлась на два замка и попыталась успокоиться. Где там! Мысли одна причудливее другой будоражили ее воображение, заставляя ходить по квартире из угла в угол. Сундучок с шахматами внушал ей суеверный ужас. Все фигурки были на месте, но от этого становилось только еще страшнее. Сама того не ведая, девушка поддалась мистическому обаянию игры и создавала на доске ситуацию, о которой тайно мечтала. Она делала это бессознательно, воплощая умственные картинки посредством передвижения шахматных фигурок. Это простая забава развлекала ее больше, чем что бы то ни было. Просто забава… Крышка гроба, стоявшая в коридоре, не имела к этому отношения. Варвару кто-то убил, задушил подушкой. А Полина умерла от потрясения, что в ее возрасте, учитывая состояние здоровья, вовсе не является редкостью. Но выстрел, который едва не убил Глинского, уже не вписывается в естественный порядок вещей. Третий и четвертый… «Что, если это я лишаю жизни их всех? – холодея, подумала Грёза. – Пусть косвенно, но – я! Неизвестный исполнитель вершит мою волю, только и всего! Я – главная причина гибели людей». От этой догадки волосы зашевелились у нее на голове. На самом деле она никому не желала зла, а тем более смерти. Она искренне любила старушек и даже Ирбелин не вызывал у нее неприязни, скорее наоборот: она испытывала к нему симпатию, которую тщательно скрывала от самой себя. А кто-то едва не убил этого человека! Она успела привязаться к Глинскому, привыкнуть к его вниманию, честно говоря, он был похож на мужчину ее мечты – красивый, уверенный в себе человек, который не презирает бедность и умеет окружить заботой своих близких. И вот – чья-то пуля едва не оборвала в самом начале их робкий, отчасти сентиментальный роман. «У меня с Жоржем роман! – впервые осознала Грёза. – А как же Виктор? И его настойчивые ухаживания? Как же подарки Ирбелина? Неужели все эти мужчины увлечены мной? – изумилась она. – Впрочем, разве я не мечтала о поклонниках? Шахматы лишь исполняют мою прихоть! Какая страшная цена… Одна воспитательница в детском доме часто повторяла, что за все в жизни надо платить… и не роптать». Грёза вдруг пожалела, что отпустила Глинского. Рана пустяковая, и он вполне мог бы провести с ней эту тревожную ночь. Разумеется, как друг. А Виктор? Кажется, он уже вернулся с работы. Пойти разбудить его? Нет, не стоит. Завтра предстоит много хлопот с похоронами, поминками, пусть выспится. «Да и что я ему скажу? Ведь я ничего не видела и не слышала, а он начнет расспрашивать: где я была, кто стрелял? Пожалуй, еще станет меня же подозревать, как с Варварой». Ее смятение достигло апогея и сменилось безразличием. Она запуталась, то обвиняя себя во всех грехах, то приводя доводы в свою защиту. Она просила для себя счастья – это не возбраняется. В конце концов, шахматы, возможно, ни при чем. Она понятия не имела об их свойствах, которые могут являться плодом ее ума. Значит, все произошло само собой – так сложилось. Не сомкнув глаз, она дождалась утра. Серый свет забрезжил сквозь шторы, дождь не переставал идти, на тротуарах стояла вода. Грёза выглянула в окно и увидела, как во двор въехало такси. Высокий молодой человек в светлой куртке и темных брюках в два прыжка пересек расстояние от машины до парадного. Это был Глинский. |