Онлайн книга «Синдром Медеи»
|
– Ерунда! – убеждал себя Глинский. – Меня здесь никто не знает. Люди в многоквартирных домах мало общаются, они не запоминают лица соседей. Поэтому не сумеют отличить случайного прохожего от жильца. И все-таки лучше перестраховаться. Он спустился в подъезд, сбросил пальто, накинул его на голову, изображая импровизированную защиту от дождя, выбежал во двор и с возгласом: «Пойду встречу «Скорую», а то заблудится в переулках!» – проскочил мимо и нырнул в проходную арку. На него едва обратили внимание. Теперь, даже если эти люди и вспомнят мужчину в натянутом на голову темном пальто, то узнать его не смогут. Переведя дух за квартал от места трагедии, Глинский замедлил шаг, свернул на другую улицу, потом опять свернул, и, сочтя принятые меры безопасности достаточными, поймал такси. Через полчаса он уже поднимался в лифте к себе домой, благословляя отсутствие в доме консьержа. Иногда лишние глаза и уши бывают ох как некстати. После горячего душа он выпил две таблетки обезболивающего, сам сменил повязку, преодолевая дурноту, пожевал бутерброд с ветчиной, запил крепким кофе и улегся на свой любимый диван. Ноги гудели, плечо дергало, голова горела, он чувствовал себя разбитым, во всем теле разливалась отвратительная слабость. Жорж с наслаждением закрыл глаза и подумал, как нелегка, в сущности, работа частных детективов. Недаром их услуги столь дороги. Одна только беготня по улицам в любую погоду чего стоит! Не говоря уже о риске… «Конверт! – вспыхнуло в его воспаленном уме. – Письмо! Где оно? Кажется, в кармане пальто… О, боже! Придется вставать, топать в ванную, рыться в груде мокрой одежды…» Проклиная на чем свет стоит свою забывчивость, он поплелся за конвертом. Письмо слегка намокло, но только снаружи. Глинский вернулся к дивану, снова улегся и принялся вертеть конверт в руках, осматривая со всех сторон. Обычная бумага, обычный почерк, женский, разумеется. Неужели предсмертное послание? Что же произошло там, на восьмом этаже? Судя по всему, человек в капюшоне хотел застрелить хозяйку квартиры, иначе не взял бы с собой пистолет с глушителем и не стал бы доставать его. Возможно, он только угрожал, пытался напугать женщину, но переборщил. Дама оказалась не промах и опередила его. Она убила человека, впала в истерику и, в отчаянии, в ужасе от содеянного… выбросилась из окна? – Можно принять за рабочую версию, – прошептал Глинский. Однако оставались непонятными несколько фактов. Женщина сама впустила злоумышленника в квартиру – раз. Она явно ждала его, потому что была одета и сидела в инвалидном кресле, а не лежала в постели, как все нормальные люди по ночам – два. Она заранее написала письмо и поставила его на видное место – три. Она приготовила заряженный пистолет и держала его под рукой, потому что успела выстрелить быстрее гостя – четыре. Ее поведение говорит о спланированной акции, а не о случайном нападении, и кто жертва, а кто охотник, еще бабушка надвое сказала. Глинский прочитал надпись на конверте, сделанную твердой рукой – так пишет человек, который все обдумал и принял решение. Очевидно, женщина надеялась, что письмо попадет к адресату. А воля мертвых – закон. Жоржа подмывало раскрыть и прочитать послание, но внутренняя порядочность не позволяла ему этого сделать. Читать чужие письма – низость, недостойная мужчины. С другой стороны, не за этим ли он шел по пятам за человеком в капюшоне? Ведь он собирался все узнать, докопаться до истины. А теперь, когда важная улика попала ему в руки, он медлит и сомневается. Может быть, его долг – передать послание по назначению? |