Онлайн книга «Зверь»
|
– Можете войти. Но не утомляйте ее, она очень слаба. Разница между Гриси, которую Доносо недавно оставил, и той, которую видел сейчас, была невелика: взмокшая от пота и обессиленная, она едва реагировала на обращенные к ней слова и больше походила на мертвеца, чем на живого человека. Доносо ждал объяснений Альбана. – Я сделал все, что мог. Теперь нужно ждать: она либо придет в себя, либо навсегда останется в таком плачевном состоянии. Если верите в бога, молитесь. Если нет, запаситесь терпением. Уже поздно, завтра в шесть утра я должен быть в своей больнице. – Я могу остаться? – Да, я уже договорился с сестрой Адорасьон. Ночь в Саладеро тянулась долго. У Доносо болело все тело, его пугали стоны не находивших себе места соседок Гриси. К его удивлению, сестра Адорасьон оказалась гораздо дружелюбнее, чем показалась ему сначала: она принесла ему свежей воды, хлеба и сыра и даже присела рядом, чтобы немного поговорить. – Она правда актриса? – Одна из лучших, и скоро должна была участвовать в премьере Театро-дель-Принсипе. Она и в Париже играла. – Это ваша жена? Доносо достал из кармана кольцо с фальшивым камнем, купленное в таверне на улице Пресиадос. – Я как раз собирался сделать ей предложение. – Как знать, может, вам повезет и вы еще его сделаете. Мне она кажется славной женщиной, хоть и видно, что ей немало пришлось пережить. Больница еще больше ей навредила: каждый день приходил какой-то врач и делал ей уколы. Если бы я знала, что это ей во вред, а не для пользы… – Что за врач? Кто он? – Не знаю. Врачи здесь появляются и исчезают так же быстро, как пациенты. Но вы не волнуйтесь, я его к ней больше не подпущу. …Ночь близилась к концу, а надежды Доносо таяли как дым. Все тело у него затекло, он устал, и в какой-то момент его охватил страх: что, если и он заразился холерой? Но как он может бросить Гриси одну? Истощенная, измученная актриса – все, что осталось у него в жизни, единственное, за что имело смысл бороться. Он уже почти уснул, когда его разбудил знакомый голос. – Прости. Гриси наконец открыла глаза. Казалось, она смотрит на него откуда-то из недосягаемой дали. – Гриси, как ты себя чувствуешь? – Я подвергла тебя опасности, я тебя обманула. Из-за меня Диего стал слишком глубоко копать. – Копать? О чем ты? – О делах карбонариев. Она закрыла глаза – не то от сонливости, не то от стыда. Доносо снова охватил ужас: Гриси как-то использовала его в интересах карбонариев? Вот так запросто, парой сказанных шепотом слов она уничтожила все их мечты о будущем? – Проснись, Гриси! Объясни, что все это значит! Она открыла глаза и взглянула на него, словно моля о прощении: – Ты меня возненавидишь. 71 Днем особняк герцога и герцогини Альтольяно был полон света, который проникал сквозь большие окна. В коридорах, где солнечного света не было, тени разгоняли масляные лампы. Но по ночам, даже в полнолуние темнота в доме была почти такой же, как та, которой боялась Клара в Пеньюэласе. Тогда Лусия отвлекала сестру всякими выдумками, а их измученная мать, целый день работавшая в прачечной, умоляла дочерей замолчать и позволить ей наконец уснуть. Вооружившись тяжелым подсвечником, Лусия отправилась на поиски какой-нибудь подсказки. Зажечь свечу сразу она не решилась и собиралась сделать это уже в кабинете Аны Кастелар, поэтому двигалась на ощупь, обмирая от страха, что налетит на что-нибудь и разбудит хозяев. |