Книга Зверь, страница 62 – Кармен Мола

Лусия поднялась на ноги. Она чувствовала жжение в груди. Страх и ярость, которые помогли ей совершить убийство, медленно отступали. Только теперь, словно пробуждаясь ото сна, она вспомнила слова: «У тебя есть то, что нужно мне, а у меня – то, что нужно тебе» и «Я умею запугивать девочек. Запугал и ее».

Клара.

Лусия опрометью выскочила из комнаты, спустилась по лестнице и выбежала на улицу, хотя была босой и в одном пеньюаре, развевавшемся на бегу и открывавшем ее тело всему свету. Но ей было наплевать и на взгляды людей, и на то, что скажет Львица, когда обнаружит в комнате труп. Единственное, что волновало ее сейчас, – судьба сестры.

Клара.

Лусия бежала по камням и вонючим лужам к спичечной фабрике. Копить больше не придется, они обойдутся теми деньгами, что уже есть. Она заберет сестру, и они уедут из Мадрида, покинут этот ад навсегда.

Добравшись до места, которое несколько последних недель служило им домом, она увидела картину страшной бойни. Мария, мать маленького Луиса, лежала в луже крови. Ее муж, привалившийся к фабричной стене, также был мертв. Его тело было залито кровью из перерезанного горла. Остекленевшие глаза смотрели прямо на нее.

Где Клара?

Лусия искала хоть какую-то подсказку. Она увидела растерзанный узелок с их жалкими пожитками, на земле валялась проволочная мочалка, у накрытых дерюгой дров были рассыпаны ножи и ложки. Банка, где хранились ее сбережения, те самые двести реалов, бесследно исчезла, но какое значение сейчас имели деньги? Лусия крикнула:

– Клара!

В ответ не раздалось ни звука.

Присев на корточки рядом с Педро, Лусия смотрела на огромную рану у него на шее.

Зверь – вот кто устроил эту резню. Она отлично его разглядела. Великан с обгоревшим лицом, весь в черном. Тот, кого она только что убила в одной из комнат публичного дома. Сама того не зная, она лишила Клару последней надежды. Только теперь она поняла, что натворила: отняла жизнь у единственного человека, который мог сказать, где ее сестра.

Страшный вопль вырвался из груди Лусии. Но никто в этом городе его не услышал.

Мадрид, 17 июля 1834 года

Лужи крови. Тишина. Кровь Педро неудержимым красным ручейком текла по неровному земляному двору, словно пытаясь соединиться с кровью Марии. Свинцовые тучи закрыли солнце. «У меня есть то, что нужно тебе», – сказал великан. Тяжесть в груди и единственное желание – умереть, как Педро и Мария, как Луисин, как мама. Чтобы ничего не чувствовать. Она ведь все равно умрет, если найдет сестру мертвой. Если увидит ее кровь.

Где-то вдалеке послышались выстрелы.

Сил подняться на ноги у Лусии не было. Оцепенев от страха, она никак не могла собраться с мыслями. А ведь этот человек всего лишь хотел забрать перстень, который она украла в квартире священника.

Нарастающий гул, отдаленные крики и шум, источник которого Лусия пока не могла определить, постепенно разрушали окружавший ее кокон боли.

Есть ли надежда, что Клара еще жива?

Она должна быть жива, повторяла Лусия, как заклинание. Великан хотел обменять ее на перстень! Но куда он ее увез?

В небе кружила стая птиц. Шум их крыльев вывел ее из оцепенения.

Если бы Клара умерла, Лусия непременно почувствовала бы это, но ее сердце молчало, и лишь тревога волной поднималась в груди. Она прошла через фабричный двор, и ее вдруг оглушил шум, который до сих пор она слышала словно во сне: крики, звуки ударов, выстрелы… Наверное, где-то у ворот Мадрида начались беспорядки – оголодавшая беднота требовала впустить ее в город.