Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 123 – Евгений Бочковский

Поначалу, памятуя о разговоре в поездке, я опасался, что Ройлотт станет пренебрежительно отзываться о Джулии. Но нет. С момента нашего приезда его обращение с нею сделалось деликатным и предусмотрительным. Таковым, будто он был постоянно готов подхватить ее, ожидая, что она вот-вот споткнется на ровном месте или скатится кувырком с какой-нибудь лестницы. Я понял, что тот грубовато-шутливый тон, на котором без уговора сходятся иногда мужчины, был взят им, чтобы я не отказался поехать с ним в Сток-Моран. Таким способом он пытался то ли угодить, то ли сделаться мне ближе. Банальное панибратство, одним словом.

Элен, за сдержанностью и спокойствием которой угадывался сильный характер, тоже становилась как бы чуточку нежнее и сентиментальнее, когда говорила о сестре. Как человек рассудительный она видимо полагала, что всерьез воспринимать Джулию как личность невозможно, влюбиться в нее – тоже, значит, любой, кто положил на нее глаз, проходимец, видящий в ней легкую добычу. Поэтому она с Ройлоттом была едина во мнении, что деньги должны оставаться в доме, и что их долг, заботы о благополучии дома, семьи состоят в том, чтобы удерживать Джулию подле себя. Это выяснилось в разговоре, который произошел между нами на второй день моего пребывания в Сток-Моране. Я не стал скрывать от нее, что меня настораживает поведение ее отчима.

– Он всеми силами пытается убедить меня в необходимости заключения о глубоком психическом расстройстве вашей сестры.

– Не судите его строго, – ответила Элен все в том же примиряющем духе, что отличал все ее речи. – Поверьте, он любит Джулию не меньше, чем я. Просто действует неуклюже, как многие мужчины. Он хочет отвадить от нее охотников до наживы, уверяя таковых, что через суд лишит мою сестру наследства. Никакой речи о помещении Джулии в лечебницу не идет, поверьте.

– Что же, он собирается отпугивать их моей бумагой? Проверять, так сказать, на благородство? Странный метод.

– Другого, к сожалению, он придумать не смог.

– Но так же можно поступать до бесконечности! – едва ли не возмутился я.

– Я так не говорила. Если это окажется достойный человек, добрая честная и отзывчивая Джулия обязательно сумеет составить ему счастье. Но сами понимаете, как трудно найти такого человека. – Лицо Элен омрачилось, явно от представленной картины, как на беззащитную девочку слетаются как на мед одни лишь только проходимцы и ни одного порядочного человека не видно до самого горизонта.

–Когда еще появится этот ваш порядочный человек! – возразил я, все так же горячась. – Да и кто будет определять его порядочность? Ваш отчим? Разве вы не понимаете, что это насилие над…

– Над ребенком, вы хотели сказать? – докончила она, видя, что я запнулся. Я и в самом деле чуть не произнес это слово. Она прочла это по моим глазам и невесело улыбнулась.

– Послушайте, доктор Уотсон, я понимаю, что это выглядит довольно странно. Я хочу просить вас только об одном…

– И вы о том же!

– Нет, что вы! Я хочу, чтобы вы не спешили с выводами. Вы совершенно не знаете мою сестру. Прошу вас, приезжайте к нам почаще и наблюдайте за ней.

– Признайтесь, вам бы тоже хотелось, чтобы я выдал такое заключение?

– Конечно, я бы предпочла, чтобы Джулия оставалась с нами, но, поверьте, никто здесь не будет удерживать ее силой. И я буду вам признательна, если вы как опытный врач разберетесь и объясните нам, что с нею. Ваше мнение крайне важно для нас, без него мы с отчимом ничего предпринимать не будем.