Онлайн книга «Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа»
|
Мистер Диффендер наблюдал за этим примерно с таким же изумлением и недоверием, какое поначалу испытывал Джозеф Армитедж. Наблюдал, как человек посторонний, с приличной дистанции, не сближаясь с участниками, поэтому ничто не побуждало его, в отличие от мистера Джозефа, свыкнуться со своим недоверием. Со временем история, а вместе с нею и смутный стыд, в котором он до конца не разобрался, но от которого подташнивало, стали забываться. Мистер Диффендер всеми силами этому способствовал, гоня прочь малейшие поползновения воспоминаний всплыть на поверхность его сознания. Перси с женою перебрался в Рединг и не находил поводов навещать отца, так что мистер Диффендер с прежней охотой составлял компанию мистеру Джозефу субботними вечерами в его доме. Годы шли. Меньше всего честному поверенному хотелось слышать хоть что-нибудь о младшем сыне своего давнего клиента. Мистер Джозеф уловил это настроение еще с той поры и уважал чувства друга. Дела Перси по молчаливому согласию меж ними не обсуждались. Лишь изредка мистер Джозеф мог в сердцах воскликнуть «Пусть живет, как знает! Если я не сумел вправить ему мозги, почему это должно получиться у его жены?». И сделать соответствующий жест рукой, из чего адвокат заключал, что дела складываются не лучшим образом, и что только что поступило очередное подтверждение этому. Но не уточнял – лопнула ли очередная блестящая идея или возникла новая. Но однажды пришла новость, заставившая дрогнуть его сердце. Перси овдовел! Единственное, что не доставляло проблем старшему Армитеджу, касалось брака его сына. Арена семейной жизни оказалась самой безмятежной из всех, куда вступала нога Перси-завоевателя. Правда, он все еще не сделался отцом, что не могло не огорчать мистера Джозефа, втайне мечтающего о внуках. Однако, молодые жили душа в душу и по мнению тех, кто их видел (мистер Джозеф не входил в число таких счастливчиков), выглядели не только довольными, но и вполне здоровыми. А миссис Армитедж еще и красивой, так что ее скоропостижная смерть особенно потрясла всех. «Вот уж точно невезучий!» – невольно поддался мистер Диффендер общему настроению. Но видимо, не до конца. Потому что поступившая через два месяца просьба мистера Джозефа защищать его сына в суде вызвала у мистера Диффендера сильнейшее отторжение. Такое случилось с ним впервые в жизни. Загнанная куда-то в самый дальний и темный чулан памяти неприязнь к ловкому и хитрому бездельнику с неотразимой по-детски непосредственной улыбкой поднялась как пена куда-то к горлу и вскипела негодованием. На какую-то минуту мистер Диффендер даже потерял дар речи. Особенно, когда узнал, кем инициировано разбирательство. Племянник Ройлотта! Тогда, четыре года назад он, тертый адвокат, совершенно упустил из виду, что у заемщика могут быть наследники. Всему виной завещание его жены. Ужасное положение, масса неприятных нюансов, в том числе его просчетов (да, да! Как ни оправдывайся!) из-за чего дело попадает в разряд таких, за которые берутся только по назначению сверху, да и то, если нет возможности отказаться. А еще это подспудное ощущение, что без шельмеца Перси тогда – четыре года назад – не обошлось… Подозрение или еще что? Что бы это ни было, но оно вызывало в нем тот самый забытый стыд и еще тоскливое предчувствие, что добром все это не закончится. Но теперь это касалось его лично. Остаться сторонним наблюдателем уже не выйдет. Сила убеждения, которой он должен повлиять на присяжных, заключена не только в ораторском искусстве и многолетнем опыте, но и в его отношении к подзащитному. Он должен доверять Перси, верить в его непричастность, а он не верил. Мистер Джозеф смог уговорить его, но не мог заставить поверить, как не верил, по всей вероятности, и сам. Просто отец не мог не защитить сына, а для успешной защиты требовался мистер Диффендер. Теперь, по всей видимости, их дружбе пришел конец. Даже самый ленивый репортер не упустил случая поиздеваться над его странным оцепенением. Все списали это на возраст – «старый конь уже не тот». Но Джозеф Армитедж не мог не понимать, в чем дело… |