Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 78 – Евгений Бочковский

На звонок никто не откликнулся. Я отошел от двери, на которой всё так же висело объявление, и поглядел на окна кассы, затем вверх, где располагались жилые комнаты. Снова позвонил, громко постучал. Ответное молчание дома показалось каким-то настороженным, и я незаметно для себя воспоминаниями переместился в детство, когда такие вот неотзывающиеся дома казались затаившимися чудовищами, а окна – их глазами, глубокими и сумрачными. Спали эти глазища или наблюдали за мной?

Сакс-Кобург-сквер, сонная и в светлое время суток, теперь погрузилась в мертвую тишину. Как странно. Ведь Сити совсем рядом, рукой подать, однако этот уголок не только сам хранил молчание, но и отказывался впускать к себе звуки суетливого соседа, так что бойкая оживленность деловой части доносилась сюда едва слышимым неясным шумом. Так выжидает, затаив дыхание, западня. Мне стало не по себе, и я невольно начал нервно озираться. Затем случайно бросил взгляд на объявление. Что такое? Присмотревшись, я понял, что в нем появились изменения. Джабез Уилсон передумал и решил открыть кассу не восьмого, а теперь уже двенадцатого числа. Ну и дела! Означало ли это, что и в союзе он до этого срока не появится? Вовсе не обязательно, рассудил я, вспомнив, что делами кассы в отсутствие Уилсона заведовал его помощник. Возможно, Сполдинг предупредил своего хозяина о задержке. И всё же странно.

С забившимся от нехорошего предчувствия сердцем я задрал голову, и, как только мой взгляд перенесся на окна второго этажа, в одном из них дернулась занавеска. Я пригляделся. Теперь она, безупречно растянутая, полностью закрывала окно. Но я готов был поклясться, что за секунду до этого ее даже не одернули. Меня против воли пробрала легкая дрожь. Я понял: ее отпустили, шарахнувшись от моего движения головой вверх, и она заняла привычное положение. Отпустили, так как до этого, отодвинув, в щелочку исподтишка рассматривали меня через стекло. Я снова беспокойно огляделся. Вокруг по-прежнему не было ни души. Я отступил еще немного – так, на всякий случай. «Что за черт?! Возьми себя в руки!»

По счастью, неподалеку хлопнула какая-то дверь. Послышались шаги – такие приятные, родные, беспечные! Расслабленное шлепанье вразвалочку. Кто-то вовсе не крадучись и без угрозы прошел мимо и так же равнодушно потопал дальше. Мяуканье кошки подоспело вслед, и тут же на помощь моему немного заробевшему духу где-то, также поблизости, отворилось окно, и кошке в энергичных выражениях предложили убраться. Местечко неожиданно ожило. Чего я так разнервничался? Несомненно, это Уилсон. Он там один, больше некому. Удалив Сполдинга, он прилежно выполняет наши условия – создает видимость покинутого на время жилища. Как же еще должен выглядеть пустой дом? Именно так, немного таинственно и недружелюбно. Остальное дополнили моя фантазия и эта гнетущая тишина. А не открывает он, потому что, как и мы, опасается, что злоумышленники вздумают за ним следить. Сумерки уже довольно густые, и меня он попросту не узнал. Может, покричать? Я уже открыл было рот и сложил ладони рупором, как вдруг следующая мысль остановила меня. А вдруг за домом и правда следят? Я его выманю и тем самым выдам весь наш хитроумный план. «Брось», – тут же одернул я себя, Холмс установил, что в союзе собрались безобидные чудаки, и не более. Да и сам я убедился, что с мистером Россом вполне можно ладить. Скорее наоборот, это я доставляю ему затруднения.