Онлайн книга «Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало»
|
Наконец я решился подать голос. Сначала совсем легонько. Не громче той кошки. Затем, приободренный, что бранчливое окно не отворилось, позвал громче. А после кричал во весь голос, стучал в окна первого этажа и дважды обошел дом. Мистер Уилсон так и не откликнулся. Глава пятнадцатая. Примерный муж, идеальная жена Из записей инспектора Лестрейда 10 августа 1891 г. Я требую, чтобы меня оставили в покое! – Прошу вас успокоиться, мистер Эллиот. – Легко сказать! Будешь спокойным, когда выслеживают твою жену! Причем в твое отсутствие. А теперь еще и полиция. Замечательно! Поверите ли, меня прямо разрывает от хладнокровия. Мы так и не перешли к цели визита, хотя разговор тянется уже минут десять. Впрочем, «тянется» – не очень подходящее слово. От него создается впечатление чего-то вялого и скучного. В нашем случае совсем наоборот. Продвижения нет, зато эмоций пруд пруди. Джорджа Эллиота постоянно приходится увещевать. Супруги сидят слишком близко друг к другу, словно держат оборону. Опять же по воле главы семейства, это он так расставил стулья. Самому ему усидеть на месте трудно. Раз за разом он вскакивает, делает взбалмошный круг по комнате и, подойдя к жене, наклоняется, чтобы взять за руку. Вивиан Эллиот – примерная жена. Она позволяет делать с ее рукой всё что заблагорассудится – подносить к губам, горячо трясти, – зная, что эти выражения поддержки нужны больше ему самому. Что бы он ни делал – гневно выговаривал нам или теребил ее пальцы, с тревогой заглядывая ей в глаза, – у всего этого одна цель: уберечь ее от переживаний. Пусть Вивиан не сомневается – он здесь, с нею рядом, значит, ничего страшного не случится. Он не позволит, хоть бы и Скотленд-Ярду. Одним словом, никому. Молчанием она как бы отвечает ему: ничего, дорогой, я и не беспокоюсь, разве только за тебя, ведь ты так нервничаешь. Ее не смущает и то, что его ободряющие жесты выглядят комично, особенно на фоне ее самообладания, – главное, он сам верит в то, что так пылко произносит. Согласие – не в нем ли секрет семейного счастья? Вообще, на миссис Эллиот смотреть приятнее. Она держится спокойно, сидит прямо, хотя и ее лицо не назовешь невозмутимым. Нигде не любят полицию, тем более у нас в Англии, где такая обостренная неприязнь питается еще и глубинными страхами к малейшему посягательству на права личности. Особенно это заметно коллегам с континента, например из Сюртэ, чьи представители не так давно посетили набережную Виктории с очередной демонстрацией достоинств бертильонажа. Они пришли в ужас от наших условий, искренне недоумевая, как можно охранять закон, будучи связанным им же по рукам и ногам. – Мистер Эллиот, мы уже битый час впустую сотрясаем воздух. – А я вас, господа, и не удерживаю. Тем более что я уже имел удовольствие общения с этим… как его… – То было частное лицо, и вы имели полное право спустить его с лестницы. – Почти что так и сделал, – вздернулся он, задрав подбородок. – Не правда ли, Вивиан? – Теперь вы имеете дело с полицией. – Но я же ничего не совершил. Какие у вас причины не верить мне? – Скажите, как долго вы отсутствовали? – Почему вас это интересует? И обязан ли я отвечать? Только потому, что вам этого хочется… – С понедельника, – неожиданно подала голос миссис Эллиот. Догадываясь, что ее негромкое вмешательство потонуло в громогласных протестах разошедшегося супруга, она кашлянула и прибавила отчетливее: |