Книга Озеро призраков, страница 114 – Рональд Малфи

– Кажется, я велел вам не лезть в мои дела, – сказал он, держа бумаги перед собой, как некий дар.

Прежде чем я придумал, что возразить, Штроман повернулся на каблуках и потопал по коридору. Зашел в другую комнату и рявкнул кому-то, чтобы принесли кофе.

Адам вернулся вместе с другим полицейским; тот был в лыжной шапочке и спортивной куртке, надетой поверх формы.

– Это офицер Макмаллен, – сказал брат. – Он хочет задать тебе несколько вопросов.

– Думаю, твой шеф хочет вырвать мне глотку, – заметил я.

– Зовите меня Роб, – сказал Макмаллен, не обратив внимания на мой комментарий. У него было худое вытянутое лицо и глаза, похожие на осколки серого льда. Он казался достаточно юным, про таких говорят: молоко на губах не обсохло.

– Хотите еще кофе? Нет? Тогда давайте поговорим у автоматов, ладно?

В другом конце коридора был круглый стол с прикрученными к полу стульями. Он стоял перед стеной с торговыми автоматами, выглядевшими так, словно их не тревожили со времен вьетнамской войны.

Мы сели, и Макмаллен вытащил из нагрудного кармана рубашки маленький блокнот на спирали. Казалось, парень придавал слишком большое значение своим вопросам, а они в основном были связаны с тем, как журнал посещений из строительной фирмы попал мне в руки. Я отвечал насколько мог честно, но не назвал имени Эрла Парсонса. Макмаллена, впрочем, оно не интересовало. Похоже, его беспокоило только, что карандаш тупится слишком быстро.

– Вы пишете книги, да? – задал он последний вопрос.

– Как это связано с нашей беседой?

Макмаллен пожал плечами и со скукой процедил:

– Я просто слышал об этом. Никогда раньше не встречал писателя… – Просмотрев заметки, он добавил: – Если не считать дня, когда я поехал в Филадельфию, где Памела Андерсон подписывала книги. Она потрясающая! Вы с ней встречались? В писательских клубах или на каких-нибудь междусобойчиках…

Я ответил, что нет.

– А жаль. Она вовсе не задавака. Настоящее золото. То есть порой… знаете, когда встречаешь человека лично… – Он взмахнул рукой, чтобы передать разочарование в знаменитостях, которых видел раньше. – У нее огромные сиськи.

– Дентманов арестовали?

– С ними беседуют.

– Но их не арестовали?

– Вы когда-нибудь видели допрос?

– Нет, – сказал я.

С ухмылкой, похожей на радиаторную решетку тракторного прицепа, Макмаллен проговорил:

– Идите за мной.

Попетляв по лабиринту коридоров со стенами цвета опилок, мы наконец остановились перед закрытой металлической дверью с глазком из дымчатого стекла – как в подводной лодке. Напевая, похоже, главную тему из «Маппет-шоу», офицер Макмаллен набрал код на замке и открыл дверь. Не приглашая внутрь, он просто остановился перед ней, разглядывая свои кутикулы. Я вошел в комнату. Макмаллен последовал за мной, закрыл дверь и продолжил мурлыкать песенку.

В помещении – маленьком и темном, как комната для проявки фотопленки, – нас было всего двое. Перед зеркалом, прозрачным с одной стороны, стояли складные стулья. По ту сторону стекла в комнате без окон – чуть больше кабинета Штромана – во главе растрескавшегося, покосившегося стола сидела Вероника. Я узнал офицера, сидевшего напротив и строчившего что-то в блокноте, – Фрирза.

– Давайте, – сказал Макмаллен, кивнув на складной стул. – Садитесь.

– Они нас слышат?