Книга Озеро призраков, страница 123 – Рональд Малфи

– Что случилось, когда Вероника принесла Илайджу домой?

– Она зашла внутрь с ним на руках. Он начал стонать, его веки задрожали. Она сказала, что положила его на пол, прислонив к стене у подножия лестницы, и побежала на кухню. Хотела найти что-нибудь, чтобы вытереть и остановить кровь.

– Почему она не позвонила в скорую?

– Ей это и в голову не пришло. Всю свою жизнь она надеялась только на одного человека.

– На вас, – сказал Штроман. Не спрашивал – просто утверждал.

– Вы бы поняли, если бы выросли в нашем доме.

– Потому что ваш отец был грубым. Жестоким… – Штроман сказал это походя, но мне показалось, что Дентман хочет вскочить со стула и удушить его цепью от наручников.

– Порой – да, – уголком рта сказал Дентман. Он заерзал на сиденье, его взгляд снова устремился к двустороннему зеркалу.

У меня по спине побежали мурашки.

– Хорошо, – сказал Штроман, заглядывая в блокнот. Ручка снова барабанила, на сей раз по краю стола. Удивительно, как он еще не взбесил всех в смотровой комнате. – Значит, она не вызвала скорую. А что потом? Вы приехали домой?

– Нет. Она сказала, что пошла за бинтами и антисептиком. Наконец нашла их под кухонной раковиной.

– Естественно, – заметил Штроман.

– Когда она вернулась, Илайджа ушел.

Ручка Штромана прекратила стучать. Он вывел несколько строчек в блокноте и посмотрел на Дентмана.

– Ушел?

– Исчез.

Нет, подумал я, дрожа у стены и глядя на то, что происходило по ту сторону стекла, как на какую-то пьесу. Нет, это неправда. Люди не исчезают просто так. Природа не знает смерти.

Тяжело вздохнув, Штроман повторил:

– Исчез…

– Когда она вернулась, там, где он сидел, осталось только мокрое пятно на ковре. Вода из озера. И кровь.

– Это она вам так сказала?

– Да.

– А говорила, что сделала потом?

Офицер, сидевший на складном стуле рядом со мной, выругался, когда его телефон запищал (рингтон подозрительно напоминал что-то из Бритни Спирс). Вскочив и ринувшись в коридор, он так шумел, что я пропустил начало фразы Дентмана.

– …его по имени, а потом начала искать в доме. Сказала: подумала, что он спустился, чтобы лечь на диван, но там его не оказалось. Она проверила второй этаж, спальни и ванную, но они были пусты.

– А его комната?

– Она была в подвале. Ему надо было пройти через кухню и по коридору, чтобы туда попасть. Сделай он это, Вероника бы его увидела.

– Но она проверила подвал?

– В последнюю очередь. Его там не было.

Штроман проглядел свои заметки.

– Его комната была в подвале, говорите?

– Ее давным-давно построил мой отец. Она нравилась Илайдже. Он мог в ней прятаться. Там было темно и тихо. Веронику злило, что он любил это место, но она не могла заставить его выйти оттуда. В конце концов мы просто поставили там его кровать и перенесли остальные вещи.

Штроман потер лоб. Казалось, он вот-вот отрубится.

В тенях у дальней стены комнаты для допросов беззвучно шевельнулись копы в форме.

– Хорошо, Дэвид. Значит, Вероника искала, но не смогла найти мальчика. Что она сделала потом? Села на лестницу и стала ждать вас? Вы ведь там ее нашли, верно?

– Нет. То есть да, там я ее и нашел, но… все было не так.

– Расскажите, как именно.

– Она сказала, что не помнит. Ненадолго все почернело.

Штроман спросил, что это значит.

– Один из ее эпизодов, – ответил Дентман. – Наверное, она изрядно вымоталась, раз он случился.