Книга Убийца с печатной машинкой, страница 93 – Дмитрий Петров

– Добрый вечер, Джек! – пробасил он на ходу.

Медбрат ответил на приветствие, а мисс Шелдон машинально пригнулась и попятилась за стойку консьержа.

– Куда он пошёл? – прошептала старушка из-под столешницы, дождавшись, когда шаги констебля стихли.

– В туалет, – ответил медбрат и вдруг застонал: – Проклятье! Кажется, меня опять вызывают ваши соседки.

Сыщица снова осталась в одиночестве. Через некоторое время она услышала скрип двери туалета, затем – шаги констебля, а после внезапно – его голос над своей головой:

– Здравствуйте, мисс Шелдон!

– Добрый вечер, констебль, – ответила писательница, выпрямляясь.

– Вы можете не прятаться от меня.

– Спасибо. Извините, это я машинально. Я же подозреваемая.

Они смотрели друг на друга, а на них смотрел монитор с событиями субботнего вечера.

– Я читал ваши книги, – вдруг смущённо признался констебль.

– Это очень приятно, – не менее смущённо оценила мисс Шелдон.

Потянулась неловкая пауза.

– А над чем вы сейчас работаете?

– Ну, я пока собираю информацию… Для нового романа…

– А о чём он будет? – спросил констебль у королевы детективного жанра.

– Об убийствах, – пожала плечами та.

– Я никогда не думал, что… – Тут констебль замялся, чуть было не ляпнув: «…что моя любимая писательница окажется подозреваемой в пяти смертях и будет сидеть с электронным браслетом на ноге в доме престарелых, а я буду её сторожить». Так и не закончив фразы, он стыдливо отвёл глаза и уставился на экран. Последнее любительнице сыска было совсем ни к чему.

– Это будет камерная история… – поделилась мисс Шелдон, отвлекая внимание на себя и неся первое, что пришло в голову, – об убийстве на туристическом лайнере.

– Какой фундаментальный труд! – восхитился констебль.

– Фундаментальный? – растерялась писательница.

– Сложновато будет найти убийцу среди пяти тысяч подозреваемых.

Из плена невыносимой неловкости любительницу сыска выручил вернувшийся медбрат.

– Ну, продолжим? – воскликнул он, подходя, и воспитанный констебль откланялся, а мисс Шелдон наконец-то дорвалась до вожделенных записей.

Насколько сильным был энтузиазм любительницы сыска, настолько же обидное разочарование ей вскоре пришлось испытать. Следить за двумя десятками окошек на пятикратной скорости (иначе пришлось бы смотреть до утра) оказалось нелёгкой задачей, а скучнейшая жизнь Смолчестера даже в перемотке усыпляла быстрее самого сильного снотворного. Превозмогая зевоту и косея от монотонного всматривания в экран, мисс Шелдон выполняла работу полицейских, «за которую они, между прочим, получают жалованье из моих налогов, а потом сажают меня же под домашний арест с электронным браслетом на ноге».

Меж тем «телешоу субботнего вечера» и не думало становиться захватывающим. Заступив на смену в восемь часов, сестра Ямми пробежалась по постояльцам, побывав и у мисс Шелдон, а потом ушла в сторону ординаторской и пропала из поля зрения камер. Затем потянулся почти часовой застой: пожилой сыщице даже показалось, что компьютер завис.

– Скажите, любезный Джек, – наконец спросила она, не желая терять времени даром, – был ли наш директор Филипс женат?

– Наверное, – пожал плечами медбрат.

– А на ком?

– Вот чего не знаю, того уж не знаю!

– Не на сестре ли Ямми?

Пожалуй, если бы мисс Шелдон вдруг залепила в лицо Джека комком снега, его изумление оказалось бы меньшим, чем сейчас.