Книга Обманщики. Пустой сосуд, страница 84 – Дарья Иорданская

— Батуны похитили много наших сестер и хотели продать в рабство. Один благородный господин с юга убил батунов, но это слишком простое наказание. Сделай так, чтобы они страдали в посмертии.

— Сделаю, — кивнула Кала-ана.

Ведьмой она не была. Едва ли таковые вообще существовали, во всяком случае Кала-ана ни об одной не слышала. Но она твердо верила в посмертное воздаяние, и лучший тут вариант — дурная слава. Достав из рукава несколько лент, Кала-ана протянула их Шагати.

— Возьми. Пусть ваши мужчины повяжут это на мечи, обскачут пустыню и пусть везде проклинают батунов. Потом сожгите ленты и развейте пепел.

— Спасибо, госпожа, спасибо! — девушка вскочила и принялась пятиться, боясь повернуться к колдунье спиной и тем проявить неуважение.

У Кала-аны точно вспышка перед глазами промелькнула.

— Постой, — девушка замерла. — Будет человек. Чужак. Тебе будут говорить, что он плохой, не верь. Он будет тебя любить, а ты принесешь ему богатство. Белый нефрит, он подарит тебе нефритовый браслет. Поняла?

Девушка кивнула.

— Иди.

Видения всегда были неожиданными и пугающими. Нечто чужое, потустороннее врывалось, проносилось перед глазами и оставляло Кала-ану опустошенной. Ей вовсе не хотелось становиться свидетельницей чужих жизней.

* * *

На улице было прохладно, а еще — сыро. За дни в пустыне Цзюрен успел отвыкнуть от этого ощущения влаги в воздухе. Он свернул к озеру, почти наслаждаясь прогулкой и стараясь ни о чем не думать, ведь мысли на ум приходили исключительно черные. К чему думать? Ночь чудесная, праздник какой-то сегодня. Вдалеке звучат смех и музыка, над оазисом пахнет влагой, жареным мясом и вином. А дома…

— Мастер!

Цзюрен остановился.

— Как твои раны, Ратама?

Юноша улыбнулся.

— Я уже вполне здоров, мастер. Через пару дней и следа от них не останется.

А потом вдруг молодой кочевник бухнулся на колени. Цзюрен опешил. Ратама же замер, опустив низко голову и протягивая на вытянутых руках свой меч. Ладони, как в таком случае и положено, были прикрыты широкими рукавами.

— Мастер, возьмите меня в ученики!

— Что? — от неожиданности переспросил Цзюрен.

— Вы великий воин, мастер, — быстро затараторил Ратама. — И вы ведете достойную жизнь. Вы тот, с кого надлежит брать пример. Возьмите меня в ученики.

— Я не беру учеников, — покачал головой Цзюрен.

— Я знаю, я пока недостоин этого, — еще быстрее заговорил юноша, точно боялся слова растерять, — но позвольте хотя бы следовать за вами. Я докажу, что могу быть вашим учеником!

— Ратама, я…

— Решайте быстрее, мастер, — саркастически заметил подошедший Шен Шен. — Лекарь с девчонками выпивают возле озера, и самое время к ним присоединиться. Пока там что-то еще осталось.

Цзюрен поморщился, проводив Шен Шена мрачным взглядом.

— Мастер…

Выпить было не самой худшей идеей, если подумать. Напиться крепкого местного вина и сделать вид, что никаких проблем не существует.

— Ратама, — Цзюрен повернулся к юноше. — Ты талантлив. Если бы я брал учеников, то тебя назвал бы в числе первых. Но у меня сейчас другие заботы. А тебя, к тому же, отец не отпустит в чужие земли.

Аргумент нашелся хороший, и Цзюрен сам ему обрадовался. Едва ли вождь отпустит своего наследника в Карраску, особенно сейчас, когда к племени движется угроза, и каждый воин на счету.