Книга Обманщики. Пустой сосуд, страница 87 – Дарья Иорданская

— Мне все еще не нравится этот вариант, — вздохнул Цзюрен, — но… попробуем. Это скверный, но все-таки выход.

Для Шена это была отсрочка. Если заинтересовать Джуё путешествием в Акаш, это позволит выиграть немного времени.

— То, что мы найдем, — твердо проговорил Шен, — мы поделим поровну, честно.

— Честно? — улыбнулся Цзюрен.

— Вы, мастер, делаете это ради жены, я — ради сестры и матери. Это господин Ильян все затеял ради всеобщего благополучия. Вот в нем бы я сомневался.

Лекарь рассмеялся негромко.

— Эти рассуждения определенно имеют смысл. Я согласен: найденное делим поровну.

Цзюрен кивнул.

— Согласен, — осушив в один глоток чашу, он поднялся. — Пойду, договорюсь с вождем. Нам понадобится лишняя лошадь для госпожи Кала-аны.

* * *

Лишних лошадей понадобилось три.

Конец первой книги

На этот раз все видится ей необычайно ярко, в деталях, которые наяву Ямэль даже не приметила. Какого фасона было платье на Янии в тот день. Во сколько косиц заплетены ее волосы. Что за камни были в ее браслетах. Столько деталей. Платье было светлое, золотисто-розового шелка, с едва различимым узором, пошитое по самой последней моде, с длинными, почти до земли, рукавами. Кос два десятка, и на конце каждой — серебряный колпачок. В браслетах молочные опалы. Яния была прекрасна в тот день. «Если умирать, то — так», — говорила она. Умирать красивой. Но не было ничего красивого в палаче, топоре и плахе. И в крови, залившей платье. И в голове, покатившейся под ноги толпе. Королеву-предательницу казнили прилюдно, чтобы народ видел, как о нем заботятся. Тьма, идущая из Глубин, никогда не будет больше властвовать на землях Акаш.

Ямэль все это снилось почти каждую ночь. Прошел уже без малого год со дня смерти Янии, а ее голова все еще катилась с эшафота. Ямэль не могла почувствовать себя королевой, пока эта проклятая голова катится и катится вниз. Точно медовая дыня в день Летнего фестиваля.

Ямэль села. Оглядела спальню, когда-то принадлежавшую Янии. Все здесь было обустроено по ее вкусу. Огромное ложе, ароматные цветы в кадках, небольшой фонтанчик, чье мелодичное журчание убаюкивало. Золотые и жемчужно-розовые занавеси. Давно нужно было все переделать, но Ямэль никак не могла отдать приказ. Она спала в комнате покойницы, сидела на троне покойницы и, казалось, жизнь у той украла. Может, сестра насылает из-за могильной пелены эти сны в наказание?

Ямэль поднялась, чувствуя необходимость пройтись, подышать свежим воздухом. В сад нельзя: там, несмотря на поздний час, полным-полно слуг, и те замучают своими попытками развлечь королеву. В Восточном крыле еще хуже, там расположен гарем, который Ямэль также унаследовала у сестры. Две дюжины молодых людей будут пытаться угодить ей, и они еще назойливее служанок. Северное крыло? Там прохладно и тихо, но можно встретить кого-то из родных. Они непременно заведут разговоры, начнут выпытывать, отчего молодой королеве не спится. Ямэль не хотела отвечать на вопросы. Стыдно сказать, но она побаивалась и дядьев своих, и двоюродных братьев. Пусть, согласно законам, у них нет власти, но законытрактует человек, а люди изобретательны.

Ямэль свернула в южные коридоры и пошла через пустующие в предрассветном сумраке залы министерств. Днем здесь трудились сотни мужчин и женщин, царила суета муравейника. Ночью же все было погружено в тишину и удивительно покойно.