Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 433 – Юлия Фирсанова

Мы дружно спешились, сделали вежливый шаг навстречу и, дожидаясь приближения приветственной делегации, замерли, дабы не выглядеть откровенными хамами, вторгшимися незваными-непрошеными на заповедную территорию. Нет, Лакса-то, конечно, звали, но известно ли это троице антропоморфных созданий с длинными волосами, большими глазами, тонкими чертами лица и худощавыми фигурами? Стреляйте, кто из этих трех блондинов разной степени золотистости женщина, а кто мужчина, я определить не смогла бы.

Впрочем, тройка эльфов оказалась в теме:

– Приветствуем тебя, Лаксанрэномириэль, под сенью лесов твоего отца, а также магеву и твоих спутников! Гладкой ли была дорога? – Голоса, прожурчавшие в унисон, показались мне, скорее, звуком бегущей по камешкам воды, нежели интонациями живых существ, и тоже не дали никакой информации касательно пола эльфов. Ну не задирать же им подолы, чтобы удовлетворить мимолетное любопытство! Пока я оставила вопрос открытым. Главным было другое – рыжего вора в этих краях ожидали и считали весьма важной персоной, а иначе не приветствовали бы магеву во вторую очередь. Обыкновенно в нашей компании в первую голову вели разговор со мной даже эльфы, если вспомнить наше первое знакомство с этой расой.

– Скорее, быстрой, – брякнул Лакс, тоже немало изумленный таким приемом, он бросил на меня вопрошающий взгляд: «Чего это они?» – нашел у кого спрашивать, я могла только пожать плечами в ответ: «Откуда мне знать!» Рыжий вздохнул и продолжил: – Агла… э-э, князь Лиомастрии Аглаэль передал, что меня хочет видеть Карниалесс, вот мы и… прибыли!

– Истинно так. – Трое синхронно повели в воздухе руками, то ли от незримых нам комаров отмахивались, то ли какое-то ритуальное действо совершали, и не то чтобы спросили, скорее, позвали почти в приказном порядке, дескать, раз пришел, выполняй. – Проследуешь ли ты за нами в Рощу памяти, Лаксанрэномириэль?

– Рощу памяти? – переспросил Лакс, обыкновенно чертовски находчивый, он был выбит из колеи происходящим. – Но Аглаэль говорил что-то об отце…

– Истинно так, – снова подтвердило трио, будто педагоги хвалили старательного ученика, – посетив священную рощу, ты сможешь прикоснуться к мудрости отца твоего Рэномириэльдира!

– А, ну если так, мы пойдем, – согласился вор, движимый любопытством всякого отпрыска, никогда не знавшего отца.

– Прости, избранник Карниалесса, но тропа в священный край откроется лишь для тебя, ни твои друзья, ни магева, друг эльфов, вернувшая Лиомастрии Цветную радугу, не смогут ступить под сень великих древ! Мы не властны над волей Карниалесса, – оправдываясь, признались трое.

Лакс упрямо вскинул рыжую голову и нахмурился, готовясь отказаться от «высокой чести» ступания под сень чего бы то ни было, если путь друзьям туда будет заказан. В любой другой момент я, наверное, поддержала бы парня, но не в этот раз. Неожиданно для самой себя, движимая нахлынувшим волной чувством высшей важности происходящего здесь и сейчас, мягко посоветовала:

– Сходи! А мы подождем тебя, отдохнем, поваляемся на травке.

Рыжий неуверенно моргнул, я подтолкнула его к троице «гермафродитов», повторила:

– Давай-давай, иди, а то откажешься, а потом так и помрешь от любопытства, не выяснив, чего из-под тебя Карниалессу надобно было.