Книга Развод в 45. (Не) Больно, страница 24 – София Брайт

Глаза у Вити красные, щетина отросла уже настолько, что скоро станет бородой. Но похоже, что внешний вид – это последнее, что его волнует в данный момент. Впрочем, как и всех нас.

– Что именно? – спрашивает хрипло, лениво смотря на меня.

– Все, что собирался сказать, – подхожу к столу и сажусь в кресло напротив.

– Будешь? – предлагает он, кивая на бутылку.

– Нет. Я хочу быть в трезвом уме, обсуждая подобные вопросы.

– Как знаешь, – хмыкает он и осушает содержимое своего стакана.

Теперь я отчетливо ощущаю запах перегара. Будто он пьет не просыхая с момента возвращения домой. И это открытие меня напрягает. Как разговаривать с пьяным человеком на серьезные темы?

– Ты это специально, да? – начинаю злиться.

– Что именно? – чешет подбородок, подливая напиток.

– Напился.

– Я просто хотел немного снять напряжение.

– И решил, что лучшим способом будет напиться, чтобы не пришлось объясняться, верно?

– Да что не так, Лена? Ты сама сказала, что поговорим позже! А я, мать твою, должен был вариться в этих всех мыслях в ожидании твоего пробуждения? Ты сама отпихнула меня в тот момент, когда нам требовалось все обсудить незамедлительно.

– Удобно, – усмехаюсь.

– Можешь говорить конкретнее? – спрашивает спокойно.

– Спихнуть всю ответственность на меня. Еще скажи, что я виновата в том, что ты залез на жену брата.

– Да черт тебя дери, Лена! – рявкает он.

– На твоем месте я бы так не орала. Или мало тебе, что дочь тебя знать не хочет? А ты, вместо того чтобы как-то решить эту проблему, попытаться найти нужные слова, чтобы она не воспринимала тебя как врага, решил напиться. Молодец! – усмехаюсь и поднимаюсь на ноги.

– Стой! Куда ты собралась? Мы еще не поговорили.

– Не вижу смысла разговаривать с человеком, который наутро может не вспомнить о нашем разговоре.

– Хочешь сказать, что я не контролирую себя? – прищуривается он, пронзая меня холодным взглядом.

– Ты пьян! А разговаривать я буду только с трезвым человеком, который может отвечать за свои слова, – направляюськ двери.

– Так может, это твой шанс получить ответы на все интересующие тебя вопросы. Без уловок. Прямо и по существу, – усмехается наглец.

На мгновение я замираю, обдумывая предложение мужа, задумываясь о том, насколько он прав. И с ужасом осознаю, что все так и есть. Сейчас он вряд ли будет увиливать или хитрить и расскажет все как есть.

– Хорошо, – возвращаюсь обратно к тому месту, где сидела меньше минуты назад. – Рассказывай. Все, – сажусь, положив ногу на ногу и скрестив руки на груди. – Получается, ты переспал с Ириной под носом у Бориса, в его же доме?

Эта часть истории не дает мне покоя. Я никак не могу свыкнуться с мыслью, что их настолько накрыло страстью, что они не только не думали о последствиях, но и не побоялись быть застигнутыми на месте преступления.

– Лен, – черты лица мужа мгновенно заостряются, и я вижу, как двигается кадык у него под кожей, когда Витя сглатывает. – Я был не просто пьян. А в говно.

– О, тогда мне следует сюда пригласить Иру снова, чтобы вы зачали Данилу сестренку, раз у тебя так превосходно получается делать с ней детей на пьяную голову.

– Прекрати! – резко обрывает он меня. – Боря ушел спать. А мы сидели какое-то время на кухне, разговаривали. Ира так искренне интересовалась тем, что именно произошло между мной и тобой. А я ведь без всякой задней мысли рассказывал ей о том, что в последнее время тебе совсем не до меня, и тем более не до интима. Диана все время спала с нами, спала плохо. Мне казалось, что нет ничего предосудительного в том, что я обсуждаю это с невесткой. Мы ведь были одной семьей. И вы дружили.