Книга Истинная с коготками для дракона, страница 69 – Алена Шашкова

Я… Я не знаю, как реагировать. С одной стороны то, что он знал и не ставит мне в укор то, что я не рассказала — радует. Но теперь… Теперь Гайверсу даже не надо думать о доказательствах, а мне — даже мечтать как-то оправдаться.

— Вы знали, что укрываете преступницу, и молчали? — король хмурится, и тучи над ареной, кажется,сгущаются в такт его настроению.

— Я знал, что защищаю девушку, которая не представляет угрозы, — твердо отвечает Джонс. — Эта девушка понятия не имела, как управляться с переполняющей ее магией, но ее действия не несли злого умысла. Она пыталась вытереть пыль и устроила потоп. Она хотела поднять пуговицу, а вместо этого чуть не разнесла мой кабинет. Она отстаивала свою свободу и права словами, за счет своего внутреннего стержня. Это было бы невозможно, будь она безумна.

— Но вы не могли этого знать изначально, — возражает король.

— Нет, но изначально я мог почувствовать, будь в ней тьма, — отвечает Джонс, снимая повязку с руки и демонстрируя тот самый темный узор. — Эта девушка — моя истинная.

Возможно, это мне только кажется, но король покачнулся, так что Ферст придержал его за руку. Да я и сама бы упала прямо тут.

Истинная? В смысле истинная? Кто? Я? Джонсу?

— Обалдеть, — выдыхает рядом Майла. — Обалдеть.

— Это ничего не меняет! — рычит Гайверс. — Он укрывал иномирянку!

Джонс ведет плечом, словно рядом с ним жужжит противное насекомое.

— Ваше Величество, — продолжает Иррегард. — Законы относительно попаданок были написаны столетия назад, когда их призывали намеренно, с целью использовать как оружие. Но время идет, все меняется. Меняемся мы, наши возможности, наши убеждения. И сейчас я верю, что эти души приходят к нам не чтобы разрушать. Кэтрин Уоткинс спасла мне жизнь, рискуя собой, когда след от магического шторма убивал меня. Разве так поступает тот, кто желает все разрушить? Законы. Стоит. Изменить.

Мой куратор сам находится на грани ареста и наказания, но продолжает отстаивать мое право жить? Как же мне хочется сейчас закричать: я не хочу, чтобы из-за меня страдал кто-то еще, особенно, сам Джонс!

Гайверс хрипло смеется, вытирает тыльной стороной ладони кровь с губ и качает головой:

— Да кто ты такой, чтобы решать, какие законы устарели? — он смотрит исподлобья и скалится. — Какой-то профессоришка, решивший, что умнее всех? — Гайверс плюет под ноги Джонсу. — Вот твое место. А она — чудовище. Или ты готов пойти и против короля, чтобы выгородить эту драную кошку?

Джонс разворачивается быстрее, чем я успеваю даже подумать о том, как мне неприятно, и одним ударом отправляет Гайверса на землю.

— Прошу прощения, Ваше Величество, — снова выпрямившись, произносит Джонс с таким равнодушием, будто он комара прихлопнул.

Король не отвечает. Внешне он кажется невозмутимым, но его молчание уже говорит само за себя — не все так просто, и решение этого вопроса не очевидно.

— Ваше Величество, я должна сделать признание, — раздается голос Алессандры, и она тоже выходит вперед, вставая рядом с ректором. — Я подтверждаю каждое слово Иррегарда Джонса. Я — попаданка. И за те годы, пока я здесь, я не только помогла отстоять права нестабильных, но и воспитала двух детей. Не говоря уже про несколько курсов достойных выпускников.

Она бледна, но держится с достоинством, говорит уверенно. Ферст стоит рядом с ней, давая всем своим видом понять, что защитит ее от любого посягательства. Будет стоять до конца.