Книга Красота требует средств, страница 38 – Галина Балычева

Отец и ростом был значительно выше, и статью Пьера превосходил, да и вообще отец был интересным мужчиной, а Пьер — так себе, ни то ни сё.

Впрочем, выглядел он вполне респектабельно и, я бы даже сказала, стильно. Его клубный клетчатый пиджак, пижонская щеточка усов и особенно шейный платок говорили о том, что этот мужчина уделяет своей внешности достаточно много внимания.

И этот факт, кстати, тоже нельзя было упускать из виду. То есть Ленка должна быть бдительней вдвойне и серьезнее относиться к подбору кадров в своем доме, в смысле к выбору горничных.

— О, Элен, наконец-то! — воскликнул Пьер, увидев меня и Ленку. — А я уже заждался. Думал, что после закрытия выставки вы остались в Париже на какой-нибудь банкет. — Быстрой, энергичной походкой он подошел к Ленке, поцеловал ее в щеку и, повернувшись ко мне, расцвел в сладчайшей улыбке. — Рад, очень рад видеть вас в моем доме, дорогаямадам Лаврушина, — произнес он и галантно поцеловал мне руку. — Ваши работы произвели на выставке настоящий фурор. Элен уже сказала, что мы приобрели для своей галереи несколько ваших работ? Они совершенно очаровательны, эти ваши куклы, просто очаровательны, впрочем, так же, как и вы сами, мадам.

Пьер еще раз поцеловал мне руку, а я открыла было рот, чтобы поблагодарить его и Ленку за проявленный интерес к моим работам. Потому что не очень-то я верила, что так называемый «фурор», произведенный на выставке моими куклами, обошелся без их, Ленки и Пьера, помощи.

Однако ничего у меня не вышло. Пьер трещал как заведенный и вставить в его пулеметную речь хотя бы одно слово не было никакой возможности.

Он говорил быстро, громко и перескакивал с одной темы на другую. Просто кошмар какой-то. А потом вдруг как гаркнет в сторону раскрытых дверей, из которых только что вышел:

— Эдэк!! Где ты в конце концов?! Элен приехала!! — Я от этого его крика аж подпрыгнула, настолько это было неожиданно. А он посмотрел на меня с улыбкой и еще громче крикнул: — И Мария-Анна!!

Меня все так во Франции называют — Мария-Анна, хотя на самом деле я Марианна.

Пьер хоть и коряво, но тем не менее вполне приемлемо изъяснялся по-русски. Видно, десять лет совместной жизни с русскоговорящей женой не прошли для него даром. И несмотря на множественные ошибки при склонении и спряжении, он достаточно бойко сыпал комплиментами и беспрерывно задавал вопросы и сам же на них и отвечал.

— Как вы добрались? — спрашивал он. — Наверно, устали? А вы не забыли приготовить для бала маскарадные костюмы? Представляю, как прекрасно вы будете выглядеть в этих платьях. Кстати, вы сначала хотели бы отдохнуть или пообедать? Я думаю, что правильнее будет сначала пообедать, потому что вы наверняка уже проголодались и хотите есть. Поэтому я предлагаю сразу же перейти в столовую. Вы не против?

Я украдкой взглянула на Ленку. А правду она говорила про своего мужа. Он действительно какой-то заполошный. Все время трещит без умолку.

На крик Пьера из глубины дома появился наконец высокий молодой человек, как надо было понимать, Ленкин младший брат Эдик или, как его называла сестра, Эдька.

Вообще-то я никак не ожидала, что у Ленки может быть такой красивый брат. Все-таки что ни говори, а сама Ленка вмолодости, еще до того, как смогла воспользоваться передовыми достижениями современной пластической хирургии и всякими другими прибамбасами, красавицей отнюдь не была.