Онлайн книга «Яд, порох, дамский пистолет»
|
Глава 3 Ограбление полицейского участка – Что ж, давайте познакомимся, – предложил Алексей после того, как рыжий натянул брюки и подвернул их четыре раза. – Меня зовут Алексей Фёдорович Эйлер, если вдруг вы не успели подслушать. Рыжий пропустил усмешку мимо ушей. – Квашнин, Антон Михалыч. – Антон Михайлович… Позвольте предложить вам чаю. Не дожидаясь ответа, Алексей подошёл к буфету в скромной гостиной и принялся доставать чашки. Душистый дорогой чай в раскрашенной китайскими драконами банке подарила ему мать. Елена Сергеевна была любительница, разбиралась в сортах и тонкостях. Искусству чаепития она обучилась ещё в молодости, когда ей довелось служить фрейлиной при дворе. Алексей же и к чаю, и к церемониям вокруг него был абсолютно равнодушен. Но матери хотелось баловать своего повзрослевшего сына, и он не смел отказать. Получив свою чашку, рыжий, вернее, Антон Михайлович, шумно отхлебнул. – Хороший чай. Китайский? Вкусный. Мне, знаете ли, чаще рогожский доводилось пить. – Рогожский? Не слыхал о таком. В чайном доме господина Перлова только китайский да индийский предлагают. Рыжий захохотал: – А рогожский самый заграничный чай. Из Рогожской слободы. Там же чаем все крыши усыпаны. С трактиров спитой чай свозят и на крышах сушат. Потом с иван-чаем мешают и снова по красивым баночкам сыпят. Мужику ведь как надо? Чтобы красиво было да дёшево. А что за трава внутри, ему дела нет. К иван-чаю они даже привычнее. – И вы тоже… близки к народу, я вижу. – Да! – Рыжий ничуть не смутился. – Мне для того, чтоб все новости знать, и с мужиком его чай выпить нужно. Или вот с вами… другим чаем угоститься. Алексей почувствовал, что ещё немного, и его гостеприимство даст слабину, уж больно дерзко рыжий простака изображает. Рыжий будто почуял перемену в Алексее, поставил чашку и сказал другим, серьёзным тоном: – Алексей Фёдорович, возьмите меня в помощники, я помогу вам расследовать смерть Дмитрия Малиновского. А вы за это поделитесь со мной информацией. – С чего вы взяли, что я собираюсь что-то расследовать? И что меня заинтересует ваше предложение? – Очень просто! Вы любопытный. У вас огромное количество склянок с препаратами, вы наверняка что-то исследуете или изобретаете. Ну? Кроме того, вы спёрли коньяк. Алексей сделал непроницаемое лицо. – Допустим, не спёр, а взял на анализ. Что-то ещё? – Именно вам Глафира Малиновская призналась в убийстве. Я думаю, вам самому интересно почему. У вас есть предположения по этому поводу? – Нет, – сквозь зубы ответил Алексей, – не успел обдумать, был занят. Бегал, знаете ли. – Да, и кидались ножами. Это отвлекает. Но вы потеряли драгоценное время! Так что скажу вам откровенно: человек вы хороший, а вот как сыщик ни к чёрту не годитесь. Вам нужен помощник. Такой, как я. Алексей поперхнулся. Пока он кашлял, рыжий терпеливо ждал. – Господин Квашнин, вы, очевидно, довольно высокого о себе мнения, но… Рыжий нетерпеливо перебил: – Вы зря оскорбились. Я вам сейчас всё докажу! Он резко вскочил, охнул и захромал вокруг стола, припадая на одну ногу. Но делового тона не растерял. – Что вы знаете о Дмитрии Малиновском? – Ничего сверх общеизвестного, мы и не виделись ни разу. – Алексей вздохнул и заговорил монотонно, будто урок отчитывал: – Дмитрий Аполлонович Малиновский, статский советник, почётный гражданин. Занимал пост при московском губернаторе, но я не знаю какой. Был женат на Глафире Степановне. Их единственный сын – Михаил Малиновский. Он… погиб на фронте. |