Книга Яд, порох, дамский пистолет, страница 173 – Александра Лавалье

– Андрей Давидович, уверяю вас, я совершенно не претендую на чувства Анны Юрьевны. Но ей необходима медицинская помощь, и я…

Туманов равнодушно смотрел на его старания, и Алексей вдруг понял. Нет никакой любви! Даже если бы она была, чувства для Туманова вторичны. Ссора с Вельской, её недовольство ставят под удар главное дело Туманова, ведь не иначе, что деньги на оружие берутся из средств, заработанных королевой романса.

– Я понял. Ни любовь, ни здоровье Анны Юрьевны не имеют для вас значения. Вы лишь пользуетесь её именем, её деньгами. Да вы просто паразитируете на её известности, прикрываясь высокой идеей спасения своего народа! Всем кажется, что вы работаете на неё, а на самом деле это она несёт вам золотые яйца! Вы убили столько человек, а меня не можете, потому что нужно продолжать лечить Вельскую, чтобы она и дальше приносила вам деньги! Без неё вы – никто, пустышка, у которой даже имени настоящего нет!

Туманов задумчиво произнёс:

– Вы правы, Алексей Фёдорович, пачкать автомобиль совершенно не стоит.

Туманов бросил пистолет себе под ноги и вцепился толстыми пальцами Алексею в горло:

– Я тебя голыми руками задушу.

Охранники заметили движение внутри машины и приблизились, окончательно заслонив свет.

А может, это уже темнело в глазах Алексея. Оказывается, когда тебя душат, самое сложное – заставить себя не цепляться за руки убийцы. Алексею пришлось собрать всю свою волю, чтобы подавить панику, перестать сопротивляться и направить внимание на собственную щиколотку, где притаилось его спасение. Дотянуться и отстегнуть крепление… какие простые и трудные действия, когда нечем дышать. Только когда палец коснулся ножа, стало чуть легче… Теперь нужен резкий удар в область шеи!

Внезапно в гараже раздался оглушающий дребезжащий звонок. Окружавшие «Форд» мужики вздрогнули и заоглядывались, пытаясь определить источник звука. Туманов от неожиданности отпустил Алексея, вновь схватил пистолет и, удерживая Алексея на мушке, открыл дверь автомобиля и закричал:

– Что, чёрт возьми, происходит?

Судя по недоумению мужиков, раньше этим звонком в доме не пользовались. Похоже, Алексей единственный смог догадаться, что звонок – связь господского дома с конюшней, тот же самый вызов слуг, который прежде осуществлялся колокольчиком.

Звук резко оборвался, и Алексей услышал своё хриплое дыхание. Мокрые пальцы судорожно сжимали нож. «Всё-таки есть польза от электрических звонков!» – подумал он. Если не это проявление прогресса, сегодня он убил бы человека. Или убили бы его, как знать.

Через несколько секунд дверь в гараж распахнулась, вбежал испуганный дворецкий:

– Анна Юрьевна! Померла! – заголосил он.

Алексей вывалился из «Форда». Заметив свой саквояж у одного из мужиков, он выдернул его и бросился бежать в дом, забыв о больной ноге. Никто его не удерживал, может потому, что в руке его по-прежнему был нож, а может потому, что прямо за ним, пыхтя, но не отставая, бежал господин Туманов.

[92]

Анна Юрьевна лежала на кушетке в одной из комнат. В её позе не было ни капли изящества. Она лежала, неудобно заломив руки и вывернув шею, пугая бледностью и безжизненностью. Гости стояли рядом растерянным полукругом.

– Все вон!

Алексей бросился к певице. Очень слабый, но пульс прощупывался.