Онлайн книга «Яд, порох, дамский пистолет»
|
– Угадали. Небольшой отпуск в честь нового звания. Вскоре принимаю дела и возвращаюсь на фронт. Вот, пожалуйста, Колесница и увенчанный лаврами герой. Пока Алексей судорожно размышлял, как вмешаться, Смулевич уже увлёк Оленьку обратно на каток. – Что происходит, Алексей Фёдорович? – к скамейке неслышно подкрался Садовский. – Боюсь, роль счастливого соперника сегодня не у вас, Георгий Валерьянович. Алексей сглотнул. Как же ненавистны ему бессилие и нарастающая вина перед другом! Чтобы не встречаться глазами с Садовским, он наклонился и принялся отвязывать коньки. – Я подвёл вас, Георгий Валерьянович, – выдохнул Алексей. – Никудышная из меня сваха. Некоторое время они мёрзли на скамейке, обречённо наблюдая за веселящимися на катке Оленькой и Смулевичем. – Идите, Георгий Валерьянович, хоть ножку ему подставьте. Пусть нос расквасит, – пробурчал Алексей. – Не поможет, Алексей Фёдорович. Во-первых, предсказание сбылось. Оленьку с ним познакомила Зинаида Порфирьевна. На меня она даже не взглянет. Во-вторых, расквашенный нос вызывает в барышнях прилив сострадания. Пострадавший герой намного милее целого. – Почему? – искренне удивился Алексей. Георгий Валерьянович вздохнул и голосом Зинаиды Порфирьевны отчитал: – Таинство женской души, милый мой. Надобно о ком-то заботиться. Так дама чувствует свою значительность и силу. Вам ли не знать это чувство, вы же врач. Садовский стух и вновь уныло уставился на каток. Алексей нахмурился. Хирургия не казалась ему милым и заботливым процессом. – Моё лечение состоит в том, что я наношу пациенту раны в дополнение к тем, которые у него уже есть. И этим упорядочиваю процесс, делаю его управляемым, подвластным воле хирурга. Какая уж тут забота… Человек, сидящий с другого края скамьи, в ужасе вытаращил глаза и поспешно отодвинулся от странной дамы, наносящей пациенту раны. Тем временем Смулевич с Оленькой выбрались с катка с другого выхода и принялись отвязывать коньки. После Смулевич свистнул извозчика и, галантно подав руку Оленьке, усадил её в экипаж. – Куда это они? – растерянно спросил Георгий Валерьянович. Меньше всего Алексею хотелось объяснять, куда столь беспринципный господин, как барон Смулевич, может пригласить столь наивную барышню, как Оленька. Бросив сумочку и задрав повыше юбки, Алексей бросился к экипажу. – Оленька, стойте! Подбежав ближе, он проговорил: – Не ездите с этим господином. Это… не тот! Алексей в отчаянии сдёрнул парик и шляпку, демонстрируя себя. – Эйлер, отойдите, вы смешны! – прошипел барон Смулевич. Оленька в недоумении переводила взгляд с одного на другого. – Оленька, я обманул вас, простите. Но этот господин недостоин вашего внимания. Пожалуйста, останьтесь. Оленька спустилась по ступенькам экипажа и осмотрела Алексея с ног до головы, будто не веря глазам. – Алексей Фёдорович, вы… зачем? Я доверилась вам… как женщине. Смулевич протянул ей руку: – Оленька, бросьте этого дурака. Право, не стоит. Давайте веселиться! Оленька с негодованием оттолкнула его: – Не троньте! Выходит, вы тоже… не настоящий. Удерживая рыдания, она повернулась и побежала прочь от мужчин. Алексей выдохнул. Пусть так. Лучше со слезами, чем с бароном. – Я вам, Эйлер, просто так этого не спущу, – процедил Смулевич. Алексей театрально поклонился, взмахнув париком: |