Книга Дела Тайной канцелярии, страница 227 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

Но в действительности Афонсу и сам уже начал забывать, кто такой Мануэль. И, может быть, ментор устраивал небольшие напоминания специально для него.

…А может, просто так развлекался.

Мануэль ждал возле двери. Он прислонил свой роскошный велосипед к стене и теперь, скрестив на груди руки, наблюдал за подъемом трех друзей с легкой усмешкой.

– Что, решил нас проводить? Никак расстаться не можешь? – подшутила над ним Ана.

– А как я оставлю такую красотку без присмотра? Мигом же приберут, да, солнышко? – не остался в долгу Мануэль и добавил: – Ну что? Последнее фото на память?

– Давайте, – улыбнулся Хосе, но почему-то его улыбка выглядела не слишком веселой. Он поставил велосипед на подножку, а Мануэль, подойдя, пристроил на руле фотоаппарат и включил длинную выдержку.

– Давайте все сюда! – скомандовал он. И сграбастал всех троих за плечи. Фотоаппарат зажужжал и щелкнул.

– Ну вот и все, – с легким оттенком печали проговорила Ана.

– Вот не надо этих упаднических настроений, – рассмеялся Мануэль, – самое приятное впереди.

– Хм? – Афонсу посмотрел на него с подозрением.

– Вам не достались призы на соревнованиях, хотя вы их, безусловно, заслужили. Поэтому все свое снаряжение я оставляю вам. Сами разделите, как хотите. Ну или сделаете общим, вы же анархисты.

– Серьезно? – недоверчиво посмотрел на него Хосе. – И велик?

– И велик. Мне он все равно больше не понадобится. Вряд ли в ближайшие годы мне снова пожалуют отпуск. Вот только фотоаппарат заберу себе. Хочу студентов на волнах поснимать. Думаю, никто не откажется от таких роскошных фото.

– Конечно, нет, – заверил его Афонсу. Внутри поселилась легкая грусть.

– Вот и отлично. Тогда – до встречи. – Мануэль поднял руку, отсалютовал и, повернувшись, зашагал вверх по улице, туда, где виднелась главная башня Академии.

– А знаете… – тихо проговорила Ана, – я буду по нему скучать.

– Да брось, – хмыкнул Хосе, – у нас с ним первая же лекция в новом семестре. Не успеешь соскучиться.

Но по его глазам было видно, что он отлично понял, что имела в виду Ана.

А Афонсу, глядя на удаляющуюся спину в кожаной куртке, проговорил:

– А что, если это и есть он настоящий? А маску ментора надевает специально для нас?

– Ладно, – Хосе хлопнул его по плечу, – как там сказал Мануэль? Отставить упаднические настроения. Давайте лучше призы делить. Чур, мне велик!

– Чего это тебе? – хором возмутились Ана и Афонсу.

– Потому что вы – малявки. – Хосе щелкнул Афонсу по носу и тут же словил от Аны подзатыльник. И, бросившись к входной двери, скрылся за ней.

– А я вырасту! – застучал по ней Афонсу.

– Тогда и поговорим, – раздалось изнутри.

– Ой, смотрите! – воскликнула Ана, указывая вверх.

– Я на это не поведусь, – сказала дверь, но тем не менее приоткрылась.

Афонсу поднял голову.

На фоне закатного неба, низко, почти над самыми крышами парил черный лев.

Педру даже не сразу понял, где ошибся. А когда понял – совершил еще одну ошибку, фатальную. Вместо того чтобы бросить свой ган и рвануть вверх на крыльях, уходя от настигающего гребня, он попытался выровняться и вернуть себе опору и управление доской.

Тридцатипятиметровая волна накрыла его.

И конечно же, сразу накатила паника. Сердце судорожно заметалось в груди, мозг тут же попытался отдать противоречивые и совершенно самоубийственные команды – перекинуться дельфином, чайкой или еще хуже – прямо сейчас высвободить демоническую форму. Это, не слушая рассудка, рвались на волю инстинкты. И поддаться им означало верную смерть. Океан дает только один шанс, а океанская вода вытягивает силы с огромной скоростью. Даже из истинной формы, когда просто летишь над поверхностью или скользишь по ней на доске. А под личиной или в демоническом облике океан поглотит все силы мгновенно.