Книга Дела Тайной канцелярии, страница 229 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

Он ощутил прикосновение к шее и попытался приподнять голову. Изображение было мутным, словно он до сих пор смотрел сквозь толщу воды, но Педру смог разглядеть склонившуюся над ним фигуру. Сеньор Винсенте, смотритель маяка. Снова уронив голову, Педру почувствовал, как его переворачивают, кладут на что-то жесткое и куда-то волокут. И окончательно отключился, провалившись в сон.

Проснулся он от запаха крови и сначала вцепился в источник запаха обеими руками, а только потом открыл глаза. И обнаружил у себя в руках тушку курицы с отрубленной головой. Судя по тому, что кровь еще лилась, курицу зарубили только что. Не особенно задумываясь, откуда она взялась, Педру в считаные секунды, почти не жуя, проглотил пищу и лишь после этого огляделся.

И понял, что лежит на дощатом настиле во дворе дома смотрителя, накрытый сверху теплым одеялом. Самого сеньора Винсенте рядом не наблюдалось. Разумная предосторожность. В досягаемости протянутой руки оказались еще две куриные тушки. Их Педру съел уже с удовольствием, ощущая, как с каждым проглоченным куском к нему возвращаются силы. Доев и облизав пальцы, он крикнул:

– Сеньор Винсенте! Можете выходить, где бы вы ни были. Я не трону вас, клянусь!

Где-то вдалеке скрипнула дверь, и через пару минут послышались шаги. Смотритель, открыв калитку, зашел во двор.

– Ох, я так рад, что вы в порядке, – улыбнулся он, – я уж думал, все. Вы даже не шевелились…

– Я заснул. Спасибо вам за кур. И за спасение. Как вы рискнули ко мне подойти? Разумеется, я в здравом уме и твердой памяти ни за что не подведу дона Криштиану под суд, но я мог напасть на вас, находясь в помрачении рассудка от потери сил и голода.

Смотритель лишь пожал плечами.

– Я двадцать пять лет проработал спасателем и прекрасно знаю, что, когда спасаешь кого-то, всегда есть риск быть утянутым за тонущим в пучину. Вас совершенно точно нельзя было оставлять на берегу. Волны усиливались, а вы лежали слишком близко к краю. Что произошло?

Педру вздохнул.

– Сорвался с доски во время маневра. Такое может произойти даже с бештаферой. – Он усмехнулся. – Едва сумел выбраться.

Сеньор Винсенте покачал головой:

– Ох и достанется же вам от дона Криштиану… кто вас вообще надоумил забираться на такую высокую волну? Тем более, я вас сразу предупредил об усилении шторма.

– Хотел поставить новый рекорд… Давно хотел, а тут такая возможность… А наказание… что же, не в первый раз… Но вы правы. Сколько времени?

– Половина седьмого.

– Понятно. Мне нужно срочно возвращаться. Иначе достанется еще больше. – Педру с трудом поднялся на ноги.

Смотритель оглядел его критически:

– Вы не долетите. Может быть, мне позвонить в ректорат? За вами пришлют машину?

– Тогда я не успею к началу первого занятия, а их у меня сегодня четыре. У вас не осталось еще какой-нибудь еды?

– Только сушеная бакальяу. Принести?

– Да, будьте любезны.

Быстро съев соленую треску и запив ее десятком яиц, Педро поблагодарил смотрителя и взмыл в воздух. Надо торопиться. Перед началом занятий необходимо привести себя в порядок и сделать доклад дону Криштиану. Педру знал, что на этот раз ректор не простит его проступка.

В кабинет ректора Педру зашел, уже тщательно одетый и причесанный. Он успел съесть заранее приготовленный к возвращению завтрак и чувствовал себя довольно сносно. По крайней мере, не валился с ног.