Книга Сердце шторма, страница 51 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Однажды я честно с ним поговорил. Объяснил, что делаю и для чего. И принес свои извинения за неудобства, которые доставляю его семье и ему лично.

— Вы?! Извинились?! Перед дивом? Который значительно слабее вас? — Вера даже не пыталась скрыть насмешливого удивления.

— Он фамильяр. Умоего повелителя тоже есть фамильяр, и он меня… недолюбливает. Но у нас один хозяин и прав на него у меня не меньше, если даже не больше. А тут. Я чужак. Который тем не менее очень сильно захватывает внимание его хозяина. Нет ничего удивительного в ревности фамильяра, но мы решили этот вопрос.

Ревность? Вера закрыла рот рукой, чтобы Педру не заметил ее беззвучного смеха. В ревности Анонимус замечен не был, и Вере вдруг захотелось расспросить фамильяра и услышать его версию событий. Очень может быть, что с версией Педру она будет совпадать только именами участников.

— И все же, как долго могла существовать между нами связь или ее отголоски?

Педру задумался.

— Две-три недели. А, учитывая большую кровопотерю, и того меньше.

— Это при легком соприкосновении с кровью студентов. А в нашем случае? Представьте, что хоть раз, но я успела дочитать заклинание до конца, что бы произошло тогда?

— А как сильно вы меня любите?

Вера удивленно приподняла брови, от того с какой простотой и серьезностью Педру задал этот вопрос.

— Безу-у-мно, — ответила она.

— Тогда действительно могли бы возникнуть проблемы, — ментор задумчиво потер пальцами подбородок, а Вера ударила рукой по лбу и постаралась не засмеяться в голос. Похоже, Педру напрочь не улавливал сарказма в словах, связанных с отношением к себе любимому. — Но поверьте, колдовская связь — вещь заметная. И у нас ее нет.

— Я помню соль и запах моря. И леденящее чувство в груди, словно летишь посреди бесконечного простора, а вокруг только серое небо и шум морского ветра. Я думала, что это причуды восприятия, что мне понравилось летать, но сейчас думаю… что, если это были… вы?

— Вы многое запомнили для человека, который едва был в сознании.

— О это было… позже… много позже.

Зрачки дива стали вертикальными. Он внимательно посмотрел на Веру.

— Вы точно не создали тогда связь? — на всякий случай повторила вопрос она.

— Конечно! Я же не идиот. Я благородный авантюрист, но не идиот. Ваш фамильяр бы заметил, Инеш бы заметила и спустила бы с меня шкуру, ректор и рта бы не успел открыть, чтобы отдать ей приказ остановиться.

— И все же… дорога остается дорогой, даже в темноте. И среди леса. — Вера постучала ручкой по столу. — Интересно, могу ли я пройти этим путем?

Примеры связи, сохранившейсябез ошейника, уже есть, и довольно яркие, но если ментор прав… Если ее можно изначально создавать вот так… без пут. Вера может потренироваться на Саре. У лисы есть прямой хозяин, и это не будет чревато смертельной опасностью… или диве повредит ее кровь? И дело ведь не только в ней?

Вера записала несколько новых вопросов, в которых стоит разобраться прежде, чем она начнет ставить собственные опыты.

— Вы можете записать для меня порядок знаков, которые использовали тогда? И, хотя бы приблизительно, заклинание, которое пыталась прочитать я?

Она протянула Педру тетрадь.

— Предлагаете мне дать обезьяне гранату и собственными руками выдернуть чеку?

— Ментор!

Педру взял конспект и демонстративно медленно пролистал, на последней страничке с вопросами он задержал взгляд чуть дольше.