Книга Цветок с тремя листьями, страница 5 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— И вовсе не случайно!

— Ну что ты такое говоришь! Хидэтада честный и вежливый мальчик, зачем бы ему лгать?

— Стишки про перья куропатки[6]он бы точно не стал вам читать, отец.

— А очень зря, я бы от души посмеялся. Ты что же, все еще не можешь простить ему эту забавную историю? Ну ты и злопамятный, не ожидал.

— Я?.. Да нет, конечно. И с радостью бы встретился с Хидэтадой. Но… он же совсем ребенок, не понимаю, чем он может нам помочь.

— Ты был на год младше, когда я взял тебя в Одавару.

— Это разве была война? Так, увеселительная прогулка.

— Но тогда она казалась тебе настоящей.

— Я был мальчишкой, отец, — Юкинага склонил голову.

— Ты и сейчас не особенно повзрослел. Послушай меня. Токугава Хидэтада сейчас в большом фаворе у его светлости. До такой степени, что меньше чем через пять месяцев его женой станет госпожа Ого.

— Госпожа Ого?.. Сестра… госпожи Тяти?.. Вы…

— Именно, — Нагамаса слегка прикрыл глаза. — И, кроме того, он довольно юн, однако в подобных вещах разбирается куда лучше тебя. Да, возможно, и лучше меня… — Нагамаса посмотрел куда-то в сторону.

— И… в каких он отношениях со своей будущей супругой? Кроме того, можно ли ему доверять? Когда я видел его в последний раз, он действительно был ребенком.

— А вот это ты у него сам и выяснишь. По крайней мере, одно я знаю точно — его визит тебя развлечет.

Обедал Юкинага с большим аппетитом. Несмотря на беспокойство, а может быть, и как раз наоборот, благодаря ему, чувство голода терзало его с самого утра. Он плохо спал, думая то о письме, которое он собирался написать и отправить Хидэтаде с утра, то об отце, мучимый чувством вины за свое вчерашнее поведение. Но больше всего он думал о том, каково сейчас господину Като. О чем размышляет его командир? Что чувствует? Несколько раз за ночь, едва засыпая, он подскакивал от мысли, что уже поздно. Ему мерещился шелест бумаги, с которым посланник господина Хидэёси разворачивает приказ. Но когда начало светать, сквозь очередной невнятный кошмар он словно услышал резкий отрывистый окрик над ухом:

«Ты тратишь силы на пустые мысли, Асано. Ночь для отдыха, а не для размышлений».

Он улыбнулся и провалился в глубокий сон без всяких сновидений.

Утром он умылся и сразу же сел за письмо. Без особо долгих раздумий и попыток вложить в слова побольше смысла, он написал, что находится в смятенных чувствах и хочет развеяться в приятной веселой компании. Дальше подробно изложил программу предполагаемого вечера и выразил надежду на то, что его приглашение будет принято. Почти полностью успокоенный, он передал письмо секретарю. И стал ожидать ответа.

Едва он закончил с обедом и служанки унесли столик, как створки двери разъехались в сторону и слуга, опустившись на одно колено, доложил:

— Прибыл господин Токугава, молодой господин. Он ожидает вас в саду.

— Прибыл? В саду? — Юкинага нахмурился.

Слуга наклонил голову:

— Да. Господин Нагамаса велел проводить господина Токугаву в сад, в беседку, и подать ему напитки. Сам господин уехал и велел передать, что будет отсутствовать до поздней ночи. Какие будут распоряжения касаемо ужина?

— Потом… — Юкинага задумчиво махнул рукой, отпуская слугу. И вышел на веранду, щурясь от яркого солнца.

Еще трех часов не прошло с того момента, как он отправил письмо. Юкинага ожидал Хидэтаду не раньше завтрашнего вечера, сегодня он рассчитывал лишь на ответ: согласие или отказ. Но, судя по всему, Хидэтада выехал сразу же, как только получил послание. Что это должно было означать?