Онлайн книга «Визионер»
|
* * * Бывшую скотобойню на Дубровке Митя отыскал быстро. Приземистое и облезлое розовое здание издалека казалось заброшенным. Но, подъехав ближе, Дмитрий обнаружил признаки жизни. Над входом нависала надпись «МОСХ», составленная из ржавых труб. Во дворе валялась гигантская деревянная скорлупка греческого ореха, доверху набитая мусором. Рядом лениво почёсывалась плешивая собака в нарядном кружевном жабо. У крыльца вызывающе сверкал лимонным цветом кузова и красной кожей сидений двухместный автомобиль без крыши. «Hispano-Suiza», – прочитал Митя на кожухе радиатора. Кажется, такие собирают по патенту на Русско-Балтийском заводе. Ограниченная серия. Зайдя внутрь, сыщик словно оказался в голове буйнопомешанного. Здесь правили полный хаос и отсутствие логики. Одна из стен была густо исписана надписями, по большей части неприличного толка. Вторая оказалась увешана часами, самоварами и музыкальными инструментами, выкрашенными в синий цвет. Повсюду валялись коробки, рулоны обоев, поломанная мебель, со стен свисали засохшие растения и чьи-то хвосты. Под потолком мерно покачивалось чучело коровы. С зелёными рогами. У третьей стены внезапно обнаружился роскошный синий бархатный диван. Над ним висела картина со смутно знакомым сосновым лесом. К холсту в разных позах были приколочены четыре плюшевых медведя. На самом диване, поначалу принятый сыщиком за часть интерьера, восседал с книгой Владимир Язвицкий. Ярко-жёлтая пижама художника не оставляла сомнений в том, кто является владельцем лимонного автомобиля. – Недурной антураж, – начал вместо приветствия сыщик. – Сказал и замолчал, и впрямь сошёл с ума, Как будто наползла на это солнце тьма. Рассудок хаосом затмился. В гордом храме, Блиставшем некогда богатыми дарами, Где жизнь гармонии была подчинена, Всё поглотила ночь, настала тишина, Как в запертом на ключ, заброшенном подвале. Язвицкий дочитал вслух и захлопнул книгу. – Гений Бодлер ко всякому случаю уместен. С чем пожаловали, убойный сыщик? Снова арестовывать будете? – Не сегодня. Приехал посмотреть, как вы живёте. – Как видите. Просто, без излишеств. Владимир развёл руками. Чучело коровы одобряюще качнулось. – Экскурсию не проведёте? Говорят, у вас тут передовые методики преподавания искусства. Вот, стало интересно взглянуть. – Отчего же не провести? Мне скрывать нечего. – Язвицкий вскочил с дивана. – Пойдёмте. – Что значит «МОСХ»? Надпись на входе. – Московское общество свободных художников. – И много таких? – Хватает. Прошу, деревообделочный цех. – Владимир открыл дверь, из которой повеяло запахом свежей стружки. – Тут у меня двое молодцов. Никак не могу запомнить имена, поэтому зову их Боб и Доб. «Молодцы», не обращая внимания на вошедших, усердно пилили большое бревно. – А здесь металлическая мастерская. В следующей комнате крепкий юноша гнул из железных прутов что-то похожее на гигантскую паутину. – Что он делает? – спросил Митя. – Да кто ж его разберёт. Может, ловушку для мух, а может, модель мироздания. Сами спросите. Но юноша так вдумчиво пыхтел, что Самарин не рискнул отвлекать его от дела. – Я не понимаю, – озадачился сыщик. – Говорите, что вы художники, а тут дерево, металл… – Типичная ошибка обывателя. Смотреть прямо и двухмерно. Искусство не на плоскости, оно вне её. Его нельзя уместить в рамки, как это делают мазилки из училища. Вот, к слову. – Язвицкий открыл очередную дверь. – Тут мы развиваем расширенное смотрение путём медитации и общения с природой. |