Онлайн книга «Посредник»
|
Сам отец Иларион? Лицо священника тут же возникло перед глазами. Человек, который вертел супругой и детьми, как марионетками? Который, по сути, толкнул одну из них на преступление? Тот, кто выглядит участливым и понимающим, но не способен разглядеть и осознать, что происходит в его семье? Ну уж нет. Аделаида Сима? «Прекрасная злодейка» обернулась, приподняв вуаль и глядя на Митю печальными глазами. Талантливая мошенница с несчастливым прошлым. С кольцом далеко пойдет. Митя очень живо представил себе мадам Симу, которая обольщает очередного престарелого жениха, жить которому осталось от силы месяц. Да и основной спиритический бизнес с таким подспорьем сразу пойдет в гору. Нет и еще раз нет. Петр Хауд? Митя попытался разглядеть иллюзорного Петра Алексеевича, но его постоянно загораживала жена. Клара Аркадьевна уже тянула вперед пухлые пальцы, унизанные перстнями, словно намекая, что еще один в эту компанию прямо просится. Так и случится. Петя снова начнет потихоньку спиваться, а его шумная супруга – резво окучивать будущих клиентов. «Гроб кедровый, обивка глазетовая, модель “Идиллия”»… Член Магистерия господин Мортен? Старичок в расшитом кафтане прошелестел что-то – Митя не смог разобрать. Наверняка что-нибудь о необходимости всестороннего поддержания магического правопорядка с целью недопущения использования исторических реликвий в несообразных целях… Почувствовав, что засыпает, сыщик залпом допил крепкий чай. Закопать кольцо или утопить? Есть шанс, что рано или поздно кто-то его отыщет. Сжечь? Вряд ли старые артефакты можно уничтожить обычным огнем. Разве что бросить в жерло вулкана, как предлагала Соня. До ближайшего пара тысяч километров будет, к середине лета как раз можно доехать. Оставить себе? Спрятать в сейф и постоянно думать о том, что до кольца кто-то сможет дотянуться? «Ты же первым и доберешься», – сказал себе сыщик. И с этим сложно было спорить. Искушение. Оно будет всегда. Соблазн узнать, сколько жизни отмерено коллегам, друзьям, любимой девушке… А если вдруг мало – что тогда? Что он будет делать? Ничего. «Ничего ты, Митя, не сделаешь, – ответил он себе. – Будешь жить с этим знанием, понимая, что никак не сможешь повлиять на неизбежное». Может, Дарья Васильевна поэтому так и отстранялась от родни? Чтобы не привязываться и не мучиться потом от того, что близкие люди уходят один за другим? «Да я бы с ума сошел, – подумал Митя. – Двести пятьдесят лет, как она выдержала вообще». Глупости. Тот Самарин из недавнего сна про будущее не казался сумасшедшим. У него были высокая должность, уважение коллег, известность, большой дом… А еще он выглядел бесконечно одиноким. Так и будет, да? Митя вылил остатки заварки и сполоснул кружку. Кинул рассеянный взгляд на приветливо приоткрытую дверь кладовки. А может, предложить этот подарок тьме и пусть сама разбирается, что с ним делать? Как трусливо и малодушно. И если честно, последняя встреча была слишком свежа в памяти. Вот уж с кем точно не хотелось бы больше встречаться никогда. Появится ли она еще? Заявит ли новые условия? Закрыта ли их сделка, в конце концов? Нет ответов. Нет вариантов. Все плохи. «Это лишь мое испытание», – вздохнул Митя, переодеваясь в пижаму. Фраза вдруг показалась знакомой, и Самарин замер на месте, наполовину продев ногу в штанину. |