Книга Посредник, страница 193 – Женя Гравис

Самарин увидел все это и вдруг остро почувствовал, что хотел бы так же, лет через сорок-пятьдесят, сидеть на солнечной террасе с любимой женщиной и детьми и ощущать спокойное, глубокое счастье, смотреть на родных, на закат и наслаждаться каждым моментом.

Да, этим двоим третий был совсем не нужен. И все же Митя, сжав кулак в кармане, перевел дыхание и поздоровался:

– Добрый вечер.

– Добрый, – отозвался одноглазый пасечник.

– Виделись, – ответила его гостья, слегка качнув головой.

«Не припомню», – подумал Митя.

Голос показался ему смутно знакомым, но лица женщины он разглядеть не мог – оно было почти полностью скрыто под большой широкополой шляпой. Сыщик видел лишь острый подбородок и вишневые губы.

– Извините, что пришел без приглашения, но я по делу и ненадолго.

Самарин глубоко вздохнул, вытащил из кармана вспотевшую руку и раскрыл ладонь, на которой лежал перстень.

– Вот. Я хочу это вернуть.

Митя ожидал хоть какой-то реакции. Что хозяин обрадуется, или удивится, или… ну хоть как-нибудь проявит эмоции! Он же лишь прикрыл левый глаз и продолжил невозмутимо пить вино, не проявляя никакого желания взять артефакт или хотя бы рассмотреть его внимательно.

«Неужели я ошибся?» – похолодел Митя.

– Ты уверен? – спросила женщина и неторопливо поставила на стол свой бокал.

Запястье у нее было тонким, и на нем сверкнул браслет из красных и зеленых бусин, который тоже показался Самарину очень знакомым. Где же, где же…

– Уверен, – хрипло ответил Митя. – Я долго думал и понял, что не могу доверить эту вещь никому из родни Дарьи Васильевны, а тем более Магистерию. Этот артефакт слишком мощный и опасный. Они не справятся с ним, не смогут.

– Считаешь себя выше других? – В голосе женщины послышалась легкая издевка. Мужчина по-прежнему молчал.

– Нет, не считаю, – помотал головой Митя. – Они просто люди. Разные. Со своими добродетелями и слабостями. И я такой же. Это слишком тяжелая ноша для смертного.

– Представь, как бы ты мог продвинуться по службе с такой восхитительной форой. Показатели Смертного отдела поднялись бы до небесных вершин.

– Убойного, – механически поправил Митя, но женщина лишь махнула рукой, браслет звякнул. – Я думал об этом. Что, наверное, смог бы разобраться, выучить символы и понять их значение. Читать судьбы людей и видеть их будущее и прошлое. Но…

– Всегда есть но, – заметила женщина.

– Да, – согласился Митя. – Это будет вечное искушение. Желание узнать, как долго проживут твои друзья, девушка, соседи, коллеги… Понимаете? Я осознал, что не хочу. Не готов к этому. Я предпочел бы провести жизнь без этой… форы, на которую никак не могу повлиять. Я хочу сделать карьеру и быть успешным в деле, которое я выбрал, хочу жениться и завести детей, хочу быть хорошим другом для тех, кто мне дорог. Этот артефакт – символ одиночества и самоотречения. Он не для меня.

– Это твое окончательное решение?

– Да, – ответил Митя.

Рука уже затекла, но он по-прежнему держал раскрытую ладонь перед собой.

Почему же пасечник молчит? Почему не пытается даже спросить его о кольце? Почему вопросы задает только эта странная женщина, кем бы она там ни была?

Пауза затянулась.

– Ну? – женщина не выдержала первой. – Ты возьмешь уже или мы так и будем тянуть время?

– Даже не знаю… – Мужчина поставил свой бокал на стол и лениво потянулся, похрустев суставами. – Я уже как-то привык.