Книга Посредник, страница 50 – Женя Гравис

– Кажется, я начинаю понимать отца Илариона, который обвинил вас в богохульстве.

– Дмитрий Александрович, поверьте мне: уж родную стихию Смерть я изучил в гораздо большей степени, нежели мой воцерковленный родич. Орхус совершил ошибку, полагая, что сила сосредоточена в одной части. Он избавился от глаза, но это не помогло. Сила в крови, в каждой клетке одаренного. Утраченный орган он сделал артефактом, и с тех пор перстень передается от предка к предку. Предпоследней его владелицей была наша дорогая Дарья Васильевна, а нынешний хозяин, вероятно, вы. И мне крайне любопытно почему.

– Может быть, я тоже своего рода одаренный? Или дальний родственник? – с вызовом ответил Митя.

Зубатов посмотрел на сыщика с доброжелательным снисхождением.

– Спешу вас разочаровать. Я, конечно, чувствую себя на родине как в водолазном костюме, но даже моих скудных магических сил хватает, чтобы понять: вы мне не кровный родич. И, как ни прискорбно для вас – совершенно обычный человек без малейшей капли дара.

– Вы сказали, что я, вероятно, новый владелец артефакта, – продолжил беседу Митя. – Почему же «вероятно»? Последняя воля Дарьи Васильевны изложена весьма однозначно.

– Хороший вопрос, – улыбнулся Зубатов. – Видите ли, артефакторика – крайне увлекательный, хоть и сложный предмет, даже в том объеме, каковой скромно представлен в церковных школах. Настолько сложный, что большинство учеников на этих уроках спят (Митя едва заметно вздохнул). Считается, что магический артефакт подчиняется лишь владельцу и создателю, но это не совсем так. Вот, к примеру, «спасайка», защитная маска – один из простейших артефактов, широко распространенный среди обычных людей. Если вы возьмете бесплатную «спасайку» в лечебнице, будет ли она работать?

– Ну конечно.

– А ведь вы не хозяин ей, вы ее не покупали. Мелкие артефакты имеют неограниченный круг владельцев. К управлению артефактами покрупнее и посерьезнее допущено определенное число лиц. Например, так называемый «Воздушный кордон» Кремля управляется не только офицерским составом охраны и московским градоначальником, но и, как ни странно… О, кажется, я чуть не сболтнул государственную тайну. Прошу прощения.

Никакого раскаяния в тоне Зубатова Митя не услышал. А еще пожалел, что в школе спал на артефакторике.

– Родовые же артефакты, – продолжил Лазарь Платонович, – подчиняются либо семье, либо одному представителю рода. «Око Орхуса» – именной артефакт. А ввиду своего почтенного возраста и происхождения – еще и обладающий подобием разумности.

– Звучит, извините, не очень достоверно.

Зубатов иронически улыбнулся.

– В стародавние времена часто практиковались магические битвы. Артефакт, добытый в поединке, как правило, переходил к победителю, даже если побежденный маг оставался жив. А мог и не подчиниться новому хозяину, «полагая», что бой, например, был нечестным. Неоспоримым решением могла выступить лишь добрая воля – если владелец сам, без принуждения, дарил либо продавал магический предмет. Поверьте, старые артефакты довольно строптивы, как бы странно это ни звучало. Полагаю, у нашего «Ока» характер столь же обаятельный, как и у бабули, земля ей пухом.

– То есть новым владельцем может быть как убийца, так и лицо, указанное в завещании?