Книга Посредник, страница 55 – Женя Гравис

Правда, после Новинского бульвара обстановка вокруг как-то неуловимо изменилась. Дома вокруг попадались все более старые, низкие и облупленные, на обочинах стало больше грязи и мусора, а встреченные прохожие смотрели на Соню как-то неласково.

Она поежилась, но тряхнула головой и смело пошла дальше. Ну что такого? Это не Хитровка какая-нибудь! Ничего плохого тут произойти не может. Просто такой квартал – не очень престижный. Не всем ведь жить в самом центре. А он совсем рядом – только дорогу перейти.

Канцелярская лавка встретилась ей минут через пять, в середине переулка. Магазинчик с симпатичной вывеской «Лавка писчебумажных товаров Б.С. Простакова» занимал первый этаж одного из домов. И окна его выглядели довольно чистыми.

Соня без колебаний толкнула входную дверь и оказалась внутри, где почти сразу наткнулась на господина, который рылся в большой коробке с письмами. Мужчина обернулся и удивленно уставился на Соню. А она, пробормотав «извините», прошла в глубь лавки.

Внешность господина показалась ей очень знакомой. Эти грустные глаза, обвисшие щеки, длинный нос… Где же она могла их видеть? Точно! На похоронах старушки Зубатовой. Он, кажется, один из ее родственников. Надо будет спросить у Мити, как его зовут. Интересно, что он тут делал? Наверное, живет неподалеку?

Внутри лавки у Сони моментально разбежались глаза: не то что в магазинах одежды и аксессуаров, где приходится часами тоскливо бродить с мамой и примерять десятки нарядов.

И почему она сама раньше не заходила в такие лавки? Принадлежности для учебы всегда покупала матушка. И к университету она тоже все необходимое подготовила, так что Соня не задавалась вопросами.

Как выяснилось, зря. Тут же столько интересного! Альбомы, краски для рисования, кисти, книги, открытки, календари, туши, пресс-папье, бристольский картон, аспидные доски, перочистки… Ой, какие пеналы хорошенькие! А от стирательных резинок в виде серых зайчиков Соня, кажется, тихо застонала.

– Здравствуйте. Чем могу вам помочь?

Соня подняла глаза и обнаружила за прилавком пожилую приказчицу. А может быть, и хозяйку этой лавки. Женщина смотрела доброжелательно и вежливо улыбалась.

– Я… Мне… – растерялась Соня. – Мне, пожалуйста, бумаги. Пачку.

– Вам какую, барышня? Есть александрийская, ватманская, папиросная, креповая, копирная, почтовая…

– Ох. Мне такую, чтобы писать.

Женщина окинула ее проницательным взглядом:

– Курсистка?

– Да, учусь в Императорском университете.

– Понятно. Значит, вам нужна полуалександрийская. Все студенты такую берут. Сто листов за сорок копеек.

– Ой, как замечательно. Благодарю вас.

– Перья, может быть, нужны?

– Вы правы, перья всегда нужны.

– Вы какие предпочитаете?

Соня наморщила лоб. «Какие мама выдаст, теми и пользуюсь», – подумала она. Женщина выставила на прилавок ящичек со множеством отделений:

– Вот, смотрите. Есть стальные – английские и французские. Английские лучше.

На перьях Соня буквально поплыла. В домашнем кабинете были обычные, хоть и дорогие, а тут – фигурные, резные, со всякими оттисками…

– Петр Великий, Леонардо, Аделина Патти. Очень изящные.

– А тут что – маленький Пушкин?

– Именно. Есть еще Толстой и Тургенев. Вот это очень милое, в виде Эйфелевой башни.

– О да! И с короной! И с птичкой!