Книга Посредник, страница 76 – Женя Гравис

А тут в зоопарке столько интересных животных, которых Митя никогда бы в жизни не встретил. Жирафы, слоны, крокодилы… Интересно, конечно, но как-то… жалко их, что ли. Сидишь всю жизнь за решеткой, как арестант. С другой стороны – кормят хорошо, заботятся, развлекают. Чем не жизнь? Но ведь на воле всегда лучше.

– О чем задумался? – прервала его мысли Соня.

– Как ты считаешь, им здесь хорошо? Этим зверям?

– Наверное, неплохо. Может, немного тесно. Но для них сейчас строят большие вольеры. В моем детстве тут было совсем по-другому, правда-правда.

– Я думаю, может, им бы лучше жилось на свободе?

– По-разному. – Соня рассеянно заправила локон за ухо. – Вот, например, белый медведь Диксон. Его мама погибла, а медвежонка нашли полярники и передали в зоосад. Один в Арктике он бы умер. А теперь его и подавно нельзя выпускать на волю, он даже не знает, как охотиться.

– Ты, наверное, права. Что-то меня на невеселые мысли потянуло. А день такой хороший.

– Съешь сахарной ваты. От нее всегда поднимается настроение. И вообще, пойдем к птицам. Если искать знакомых – то точно там.

Вольеры с пернатыми и вправду оказались самыми большими и шумными.

– Вот, смотри. Вылитый Лев Вишневский. – Соня незаметно указала на худую и длинную птицу в черно-белом оперении и с красноватыми кругами вокруг глаз.

– Кто это?

– Птица-секретарь.

– Подходит, – согласился Митя. – Только у Вишневского прическа всегда в порядке, из нее перья не торчат.

– Ты на выражение лица посмотри.

Взгляд у «секретаря» был отрешенный и слегка снисходительный, как будто шум и суета вокруг его слегка раздражали, но воспитание не позволяло вмешаться и сделать замечание. Он стоял в стороне от всех – очень прямо и заложив крылья за спину.

– И правда похож, – согласился Митя. – О, я нашел отца Илариона. Вон он, на ветке.

– Орел-могильник. Это опасный хищник.

– Вот-вот, и мне так кажется. Не так он прост. А вон, кстати, и его дочка.

– Где?

– Ну вон же, в траве!

– Я не вижу.

– Присмотрись внимательнее. Это коростель. Очень любит сливаться с местностью. У нас вокруг деревни их много водилось. Это самая незаметная птичка, предпочитает прятаться в зарослях.

– Я бы и не подумала, что это птичка, похожа на кусок коры.

– Очень скромная и боязливая.

– А вот, кстати, и Могислав Юрьевич. Познакомься.

– Кто?

– Наш преподаватель по риторике. Я же тебе рассказывала!

Митя сразу вспомнил Сонину историю про поздний визит в лавку в Проточном переулке. Рассказала она ее со смехом, как анекдот, потому сыщик не придал особого значения, хоть и поволновался. И пожурил ее немного. Просто из Сониного рассказа преподаватель почему-то представился Мите степенным пожилым мужчиной с бакенбардами. Или с усами. А теперь перед ним, важно выпячивая грудь, прошагал обладатель ярко-голубого оперения и роскошного хохолка пушистых перьев на голове.

– Венценосный голубь, он же господин Озеров.

– Этот ваш преподаватель – тот еще позер, да?

– Ужасный, – скорчила гримасу Соня. – Такой самолюбивый зазнайка. И над моими работами всегда иронизирует. А Лизе он нравится, она говорит, что он красавчик.

– А мне он что-то совсем не нравится, хотя я с ним не знаком, – задумчиво проводил голубя взглядом сыщик.

В следующем вольере Митя внезапно обнаружил «Клару Аркадьевну». Хозяйка похоронного дома в образе кабанихи лежала в большой луже, шумно пуская ноздрями пузыри и похрюкивая. Вокруг нее из грязи торчали ушастые головы шести отпрысков.